Великий реформатор медицины Вирхов Рудольф: биография, научная деятельность. Рудольф Вирхов и его «целлюлярная патология
Рудольф Вирхов
Рудольф Вирхов (Virchow) - один из выдающихся немецких ученых второй половины XIX столетия.
Биография
Родился 13-го октября 1821 года в местечке Шифельбейне прусской провинции Померании. Окончив курс в берлинском медицинском институте Фридриха-Вильгельма в 1843 г., Вирхов сначала поступил ассистентом, а затем сделан был прозектором при берлинской больнице Charité. В 1847 г. получил право преподавания и вместе с Бенно Рейнхардом († 1852) основал журнал "Archiv für pathol. Anatomie u. Physiologie u. für klin. Medicin", пользующийся ныне всемирною известностью под именем Вирховского Архива. В 1891 г. вышел 126 том этого издания, содержащего более 200 статей самого Вирхова и представляющего живую полувековую историю важнейших приобретений медицинской науки. В начале 1848 года Вирхов был командирован в Верхнюю Силезию для изучения господствовавшей там эпидемии голодного тифа. Его отчет об этой поездке, напечатанный в Архиве и имеющий большой научный интерес, окрашен в то же время политическими идеями в духе 1848 года. Это обстоятельство, равно как и вообще участие его в реформаторских движениях того времени, вызвали нерасположение к нему прусского правительства и побудили его принять предложенную ему ординарную кафедру патологической анатомии в Вюрцбургском университете, быстро прославившую его имя. В 1856 году он возвратился в Берлин профессором патологической анатомии, общей патологии и терапии и директором вновь учрежденного патологического института, отпраздновав в нём осенью 1891 г. 70-летний юбилей своей жизни. Институт этот вскоре сделался центром притяжения для молодых ученых всех образованных стран. Русские ученые-врачи особенно много обязаны Вирхову и его институту. - Вирхов - основатель т. н. целлюлярной (клеточной) патологии, в которой болезненные процессы сводятся к изменениям в жизнедеятельности элементарных мельчайших частей животного организма - его клеток (см. это слово).
Рудольф Вирхов
Воззрения этой научной теории в связи с успехами химии и физиологии, навсегда освободили медицину от различного рода умозрительных гипотез и построений и тесно связали ее с обширной областью естествознания. Как патологоанатом и в особенности гистолог В. самостоятельно и впервые установил гистолого-физиологическую сущность весьма многих болезненных процессов (белокровия, тромбоза, эмболии, амилоидного перерождения органов, английской болезни, бугорчатки, большей части новообразований, трихиноза и проч. и проч.), разъяснил нормальное строение многих органов и отдельных тканей; показал присутствие живых и деятельных клеток в соединительной ткани и ее разновидностях; нашел, что в патологически измененных органах и новообразованиях находятся обыкновенные физиологические типы тканей, установил сократительность лимфатических и хрящевых клеток; выяснил строение слизистой ткани и промежуточной ткани нервной системы; доказал возможность новообразования серого вещества мозга, разъяснил зависимость формы черепа от сращения швов и проч. Как антрополог, В. много содействовал своими работами установлению анатомических особенностей рас, как биолог вообще, устоял против увлечения столь распространенными во время его молодости исключительно механическими воззрениями на явления жизни и, можно сказать, имел смелость отстаивать против общего течения лучших умов обособленность элемента жизни как начала sui generis. Оттуда и знаменитый тезис его "omnis cellula e cellula" (клетка происходит только от клетки), завершивший, между прочим, собою знаменитый спор биологов о самозарождении организмов. Как деятель в области общественной гигиены, Вирхов известен своими работами по исследованию повальных болезней, соединенных с лишениями и голодом, а также проказы, своим участием в общественно-гигиенических мероприятиях по устройству больниц, школ и пр.
Занятия археологией
Антропологические исследования Вирхова привели его и к археологическим разысканиям, которые он производил по всей Германии и в других странах Европы. У него есть сочинения об урнах, о бронзовом периоде, о курганах, о свайных постройках и пр. В 1879 году он участвовал в знаменитых раскопках Шлимана, и в результате явились сочинения его: "Zur Landeskunde der Troas" (Берлин, 1880; на русском языке: "Развалины Трои" в "Историческом Вестнике", 1880 г., № 2) и "Alttrojanische Gräber und Schädel" (Берлин, 1882). В 1888 г. он вместе с Шлиманом объездил Египет, Нубию и Пелопоннес и производил свои любопытные исследования над царскими мумиями в Булакском музее, причем сравнивал их с сохранившимися изображениями царей. Свои работы по доисторическим древностям он завершил основанием в Берлине "Германского музея одежд и домашней утвари". На русском языке еще имеется в переводе его сочинение "О древних могилах и о постройках на сваях" (СПб., 1886).
Политика
На политический путь Вирхов был приведен не жаждой славы, а гуманным чувством. Во время поездки в Верхнюю Силезию, о которой сказано выше, он пришел к убеждению, что "врачи - естественные адвокаты бедных, и значительная часть социального вопроса входит в их юрисдикцию". С тех пор наука и политика идут у Вирхова параллельно, соединяясь в одно целое в области общественной медицины. Чтобы способствовать развитию санитарного дела, он стал принимать участие в выборных городских учреждениях. Усилия Вирхова в этом отношении увенчались полным успехом. Германские правительства вняли его красноречивым увещаниям и принялись постепенно осуществлять его планы по санитарной части. Благодаря его неутомимой деятельности Германия и в особенности города ее достигли мало-помалу той высокой степени совершенства в санитарном отношении, на какой они стоят ныне. Особенно многим обязан ему Берлин, в муниципальном управлении которого он участвует с 1859 г. Сюда относятся его сочинения: "Kanalisation oder Abfuhr" (Берлин, 1869); "Reinigung und Entwässerung Berlins" (Берлин, 1870-79); "Die Anstalten der Stadt Berlin für die öffentliche Gesundheitspflege" (Берлин, 1886). Наряду с участием в городском самоуправлении стоит его деятельность в парламенте, где опять-таки санитарные вопросы составляют как бы его личную специальность; но и в обсуждении вопросов общеполитических он принимает весьма видное участие. Избранный в депутаты прусского сейма тотчас по возвращении своем из Вюрцбурга, он в том же 1856 г. сделался одним из основателей и вождей прогрессистской партии, впоследствии соединившейся с сецессионистами и превратившейся в партию свободомыслящих. Своим влиянием на ход дел эта партия в значительной степени обязана Вирхову, твердости его в убеждениях, неутомимой деятельности и безупречной чистоте его имени, которого никогда не смела коснуться клевета. Во время известного конфликта прусского правительства с сеймом (1862-66) Вирхов был одним из главным вождей оппозиции. После создания Германской империи Вирхов на время удалился с политической арены. Громкие победы германского оружия его не увлекали, в благодетельность империи, железом и кровью объединившей германский народ, он не верил. "Я не гожусь теперь, - говорил он депутациям избирателей, неоднократно просившим его принять депутатские полномочия, - в представители страны; при существующем ее настроении мне нечего делать в парламенте. Может быть, я доживу до того времени, когда мой голос опять понадобится народу; тогда я явлюсь, если он позовет меня, но теперь нет". Это время наступило в начале 1880-х годов, в самый разгар реакционной политики канцлера Бисмарка. Тогда Вирхов впервые вступил в имперский парламент в качестве депутата от города Берлина. Умер в 1902 году. Биография Вирхова в "Вестнике Европы" 1882 г., № 8.
Сочинения
Из отдельных сочинений Вирхова помимо специальных работ и небольших брошюр особенно известны:
- "Gesammelte Abhandlungen zur wissenschaftl. Medicin" (1856)
- "Untersuchungen über die Entwicklung des Schädelgrundes" (1857)
- "Die Cellularpathologie in ihrer Begründung auf physiol. und pathol. Gewebslehre" (1858)
- "Die krankhaften Geschwülste" (1863-67); "Vier Reden über Leben und Kranksein" (1862)
- "Lehre von den Trichinen" (1865)
- "Gesammelte Abhandl. aus dem Gebiete der öffentl. Medicin und der Seuchenlehre" (1879). Ср. С. M. Лукьянова: "R. Virchow и его витализм" (Варшава, 1891), И. В. Бертенсона, "Роберт Вирхов как гигиенист" ("Вестник общественной гигиены" 1882, янв.).slehre" (1858)
- "Die krankhaften Geschwülste" (1863-67)
- "Vier Reden über Leben und Kranksein" (1862); "Lehre von den Trichinen" (1865)
- "Ueber einige Merkmale niederer Menschenrassen" (1875)
- "Gräberfeld von Koban im Lande der Osseten" (Берл., 1883)
- "Gesammelte Abhandl. aus dem Gebiete der öffentl. Medicin und der Seuchenlehre" (1879). Ср. С. M. Лукьянова: "R. Virchow и его витализм" (Варшава, 1891), И. В. Бертенсона, "Роберт Вирхов как гигиенист" ("Вестник общественной гигиены" 1882, янв.).
Статья основана на материале из энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона
Данный словарь и его материалы являются общественным достоянием
.
В дальнейшем статья будет переработана и дополнена более актуальной информацией.
Вы можете помочь проекту, исправив и дополнив данную статью.
Утверждение представления об образовании клеток путем деления и ниспровержение шванновской теории цитобластемы связывают обычно с именем Вирхова, выдающегося представителя немецкой медицины прошлого века.
Мы видели, что признание этого положения было уже в значительной мере подготовлено работами ряда исследователей, в частности Кёлликера, а особенно Ремака. Поэтому утверждение, что Вирхов установил принцип деления клеток, неверно. Но Вирхов способствовал признанию деления клеток за единственный способ их размножения; после его работ это положение стало прочным достоянием биологии и медицины.
Вирхов (Rudolf Virchow, 1821-1902), как и ряд встречавшихся нам выдающихся ученых прошлого века, являлся питомцем школы Иоганнеса Мюллера, однако его интересы рано определились в сторону изучения патологии. С 1843 г. по 1849 г. Вирхов работает в известной берлинской больнице Charite и быстро завоевывает известность работами по патологии кровеносной системы. В 1845 г. на 50-летнем юбилее Медицинского института Вирхов выступает с речью «О необходимости и правильности медицины, основанной на механической точке зрения». Внедряя в медицину прогрессивное тогда механистическое представление, Вирхов являлся борцом за стихийно-материалистическое понимание природы, не пользовавшееся в 40-х годах достаточным распространением. Когда после поездки на тифозную эпидемию 1848 г. Вирхов приходит к выводу, что основой для распространения тифа являются социальные условия, в которых живет недоедающее рабочее население, публично выступает с требованиями изменения этих условий и принимает участие в революции 1848 г., то он попадает в число «неблагонадежных». Вирхов вынужден покинуть Берлин и перейти профессором патологической анатомии в Вюрцбург, где остается до 1856 г. К концу вюрцбургского периода относятся «работы Вирхова о целлюлярной патологии. Вирхов возвращается в Берлин уже в ореоле славы, для него создается специальный институт, где он широко развивает научную работу и снова появляется на общертвенно-политической арене. В 60-х годах Вирхов еще выступает с оппозицией к правительству, но позже его «революционные» настроения сменяются умеренным либерализмом, а после франкопрусской войны выступления Вирхова начинают носить явно реакционный характер. Эта эволюция политических взглядов Вирхова нашла отражение в его отношении к дарвинизму. Приветствуя вначале учение Дарвина, Вирхов на склоне жизни становится ярым антидарвинистом. Выдающийся деятель советского здравоохранения Н. А. Семашко (1874-1949) в биографическом очерке, посвященном Вирхову, писал: «Общественная (да и научная) звезда Вирхова к старости потускнела. Но это ничуть не умаляет тех действительных заслуг, которые имеет Вирхов перед человечеством» (1934, стр. 166).
Как тип ученого Вирхов представлял полную противоположность Шванну. Ярый полемист, неустанный борец за высказанные идеи, Вирхов своей пропагандой клеточной теории много способствовал привлечению внимания к клеточному учению и закреплению его в биологии и медицине.
В 1855 г. Вирхов в основанном им «Архиве патологической анатомии и физиологии» выступает со статьей под названием «Целлюлярная патология», где выдвигает два основных положения. Всякое болезненное изменение, считает Вирхов, связано с каким-то патологическим процессом в клетках, составляющих организм,- это первое основное положение Вирхова. Второе положение касается новообразования клеток. Вирхов категорически высказывается против теории цитобластемы и провозглашает свое знаменитое изречение «omnis cellula е cellula» (всякая клетка происходит из другой клетки). В 1857 году Вирхов читает курс лекций, который он кладет в основу своей знаменитой книги, совершившей переворот в медицине. Эта книга, озаглавленная «Целлюлярная патология, основанная на физиологическом и патологическом учении о тканях», вышла в 1858 г., а уже в следующем 1859 г. было выпущено второе издание. Насколько быстро идеи Вирхова захватили умы ученых, видно из распространения вирховского учения в России. В Москве, еще до появления книги Вирхова, лишь на основании его статей, профессор патологической анатомии А. И. Полунин (1820-1888) начал в своих лекциях излагать целлюлярную патологию, а в 1859 г. вышел перевод на русский язык книги Вирхова, изданный Московской медицинской газетой.
Что же дали работы Вирхова для клеточного учения? Прежде всего, клеточное учение, проникшее уже раньше в анатомию, физиологию и эмбриологию, под влиянием Вирхова распространяется на новую область - патологию, проникает в медицину и становится основной теоретической базой для понимания болезненных явлений. Шванн еще в первом сообщении в январе 1838 г. отмечал, что клеточная теория должна быть применена и к патологическим процессам. На это указывали Иоганнес Мюллер, Генле, а позже Ремак. Попытки применения клеточного учения к патологии делал английский анатом и патолог Тудсэр (John Goodsir, 1814-1867) еще в 1845 г.; он рассматривал клетки как «центры роста», «центры питания» и «центры силы». Однако господствовавшая тогда гуморальная теория Рокитанского (Carl von Rokitansky, 1804-1878), объяснявшая болезни порчей соков, казалась непоколебимой. Лишь Вирхову удалось ниспровергнуть учение гуморалистов и своей книгой продвинуть и непоколебимо закрепить учение о клетке в области патологии. Тем самым резко подчеркивалось значение клетки как элементарной единицы строения организма. Клетка со времени Вирхова ставится в центр внимания и физиолога и патолога, и биолога и врача.
Но книга Вирхова не только пропагандирует клеточную теорию и расширяет поле ее применения. Она отмечает и некоторые принципиально новые моменты в представлении о клетке. Это касается прежде всего принципа «omnis cellule е cellula».
Хотя к аналогичному выводу до Вирхова пришел, как мы видели, Ремак, но Вирхову принадлежит заслуга окончательного внедрения этого принципа в науку. Крылатая формула Вирхова завоевала всеобщее признание учению о возникновении новых клеток путем деления. «Там, где возникает клетка, там должна была предшествовать клетка (omnis cellula е cellula), подобно тому, как животное происходит только от животного, растение - только от растения» (1859, стр. 25), - заявляет Вирхов. Благодаря Вирхову к началу 60-х годов клеточное учение окончательно освобождается от теории цитобластемы и представления о свободном новообразовании клеток из бесструктурного вещества. И для тканей растений и для тканей животных утверждается единый способ клеткообразования - деление клеток.
Нужно отметить еще одну положительную сторону вирховской книги. Его «Целлюлярная патология» ясно отмечает сдвиг, происшедший в представлении о компонентах, из которых слагается клетка. Вирхов указывает, что «в большинстве животных тканей нет никаких форменных элементов, которые можно было бы рассматривать как эквиваленты растительных клеток в старом смысле этого слова, что, в частности, целлюлозная оболочка растительных клеток не соответствует животным клеточным оболочкам и что последние, как содержащие азотистые вещества, не представляют типического отличия от первых, как не содержащих азотистых веществ» (1858, стр. 7). По Вирхову, обычные оболочки животных клеток соответствуют так называемому примордиальному мешку (пристеночному слою протоплазмы) растительных клеток.
Термин «азотсодержащее вещество» (stickstoffhaltige Substanz) был введен Негели и им обозначалось белковое содержимое клеток, в отличие от «безазотистого вещества», из которого состоит клеточная оболочка. Термин «примордиальный мешок» введен Молем.
Существенным для жизни клеток Вирхов считает, прежде всего, ядро. По Шлейдену и Шванну, ядро - это цитобласт, образователь клетки. В сформированной клетке ядро редуцируется и исчезает; так полагал Шлейден, и это мнение, правда, менее решительно поддерживает Шванн. Наоборот, для Вирхова ядро - центр жизнедеятельности клетки. Если гибнет ядро, гибнет и клетка. «Все те клеточные образования, которые теряют свое ядро, являются уже преходящими, они гибнут, они исчезают, отмирают, растворяются» (1858, стр. 10). Это новый, и притом существенный, момент в представлении о клетке, значительный шаг вперед в разрушении старого представления о первенствующем значении клеточной оболочки. «Содержимое» клетки для Вирхова - это не второстепенное отложение стенок клетки, как смотрели на цитоплазму Шлейден и Шванн. «Особые свойства, которых клетки достигают на особых местах, под влиянием особых условий, связаны в общем с меняющимся качеством клеточного содержимого», - писал Вирхов (стр. 11). Это большой сдвиг в представлении о клетке. Он закончился крушением старой «оболочечной» теории клеток и созданием новой «протоплазматической» теории клетки.
Все это были положительные моменты, развитые Вирховым. Вместе с тем, его «Целлюлярная патология» знаменовала резкое усиление механистической трактовки клеточкой теории, приведшее в дальнейшем к той метафизической его интерпретации, которая была характерна для второй половины прошлого и начала текущего столетия.
Зародыш механистической трактовки клеточной теории имелся уже у Шванна, когда он писал, что основа всех жизнепроявлений организма заключена в деятельности клеток. Но у Шванна этот механистический момент еще не имел того самодовлеющего значения, которое он приобрел позже, и отступал на второй план перед большим положительным значением учения Шванна. Иную окраску все это приобретает в работах Вирхова.
Исходным пунктом концепции Вирхова является представление о полной автономности клетки, как некой замкнутой в самой себе единице строения организма. Вирхов «персонифицирует» клетку, наделяет ее свойствами самостоятельного существа, своего рода личности. В одной из своих программных статей Вирхов писал: «…каждый новый успех познания приносил нам новое и еще более веское доказательство, что жизненные свойства и силы отдельных клеток могут быть непосредственно сравниваемы с жизненными свойствами и силами низших растений и животных. Естественным следствием такого понимания является необходимость известной персонификации клетки. Если сами низшие растения, низшие животные представляют род личности (Person), то нельзя отрицать эту особенность по отношению к отдельным живым клеткам сложно построенного организма» (1885, стр. 2-3). И чтобы не осталось у читателя никаких сомнений, Вирхов патетически заявляет: «Клетка, которая питается, которая, как теперь говорят, переваривает, которая движется, которая выделяет, - да, это именно личность, и притом деятельная, активная личность, и ее деятельность есть не просто продукт внешнего воздействия, но продукт внутренних явлений, связанных с продолжением жизни» (стр. 3).
Естественно, что при такой персонификации клетки полностью исчезает целостность организма, его единство. Вирхов, не задумываясь, заявляет: «первая потребность для правильного истолкования та, что нужно отбросить баснословное единство, должно иметь в виду отдельные части, клетки, как причину существования» (1898, стр. 11). Таким образом, организм полностью разлагался на клетки, превращался в совокупность «клеточных территорий». «Каждое животное, - говорит Вирхов, - представляет собою сумму жизненных единиц, из которых каждая обладает полностью качеством жизни» (1859, стр. 12). Более того: по Вирхову «каждая составная часть живого организма имеет особенную жизнь, свою vitam propriam» (1898, стр. 10). «Вполне развившийся организм построен из одно — и разнородных частей; их гармоничная деятельность производит впечатление единства целого организма, чего на самом деле нет», - учит Вирхов (1898, стр. 20-21), стремясь уничтожить всякую попытку рассматривать организм как целое. Жизнедеятельность организма Вирхов рассматривает только как сумму жизней составляющих его клеток: «так как жизнь органа есть ничто иное как сумма жизней отдельных клеток, которые соединены в нем, то и жизнь целого организма есть коллективная, а не самостоятельная функция» (1898, стр. 11).
Поскольку по Вирхову «жизнь есть деятельность клетки, ее особенность есть особенность клетки» (1858, стр. 82), то все, что не имеет клеточного оформления, с точки зрения Вирхова, не заслуживает внимания. Межклеточное вещество, которое в ряде тканей составляет основную массу, Вирхов решительно исключает из рассмотрения биолога и патолога. «Клетка, - заявляет он, - есть действительно последний морфологический элемент всех живых тел и мы не имеем права искать жизнедеятельности вне ее» (1859, стр. 3). Поэтому по Вирхову «меж — или внеклеточная субстанция должна рассматриваться, как побочное прибавление, а не как фактор жизни. Такие части, которые возникают первоначально из клеток, но клетки которых погибли, должны быть исключены из области биологического рассмотрения» (1898, стр. 13). Равным образом, под влиянием Вирхова оставалась вне поля зрения исследователей качественная специфичность синцитиальных и симпластических структур, т. е. тканей, где не выражено обособление клеточных территорий.
Механистическая интерпретация клеточного учения, данная Вирховым, имела не только теоретическое отрицательное значение. Из вирховской концепции вытекала и программа деятельности патолога, программа подхода клинициста к больному. Отказываясь видеть в организме целое, уничтожая единство организма, Вирхов в любом патологическом процессе видит только местное явление. «Целлюлярная патология, - заявляет он, - требует сверх всего направить лечение против самих пораженных мест, будь то лечение терапевтическое или хирургическое» (1898, стр. 38). Этот локалистический принцип в патологии, утвержденный авторитетом Вирхова, задерживал изучение системных заболеваний, отвлекая внимание патологов и клиницистов только в сторону изучения местных явлений. Значение в корреляции частей тела таких систем, как нервная и гуморальная, Вирхов оставляет без внимания. Нельзя не согласиться с Винтером (К. Winter, 1956), что из вирховского учения о клетках, как о равноправных существах, определяющих жизнь целого организма, логически вытекает наделение клеток своего рода «сознанием» (хотя сам Вирхов не делает этого вывода).
Авторитет Вирхова был в свое время исключительно велик. Но Ф. Энгельс давно отмечал отрицательные стороны вирховского учения. В предисловии к 2-му изданию «Анти-Дюринга» Энгельс писал: «…Много лет назад Вирхов вынужден был вследствие открытия клетки разложить единство животного индивида на федерацию клеточных государств, - что имело скорее прогрессистский, чем естественно-научный и диалектический характер». В одном из фрагментов «Диалектики природы» Энгельс, говоря о теоретической беспомощности естествоиспытателей, не понимающих значения диалектики, приводит в пример «Целлюлярную патологию» Вирхова, где общие фразы должны в конце концов прикрыть беспомощность автора». Учитывая реакционное значение вирховской концепции, приводящей к «теории клеточного государства», Энгельс в составленном им наброске общего плана «Диалектики природы» намечает в виде особой главы «Клеточное государство - Вирхов»; к сожалению, эта глава, как и некоторые другие части замечательной книги Энгельса, осталась ненаписанной.
Среди наших отечественных ученых вирховское учение рано встретило решительную оппозицию. Основоположник отечественной физиологии, Иван Михайлович Сеченов (1829-1905), в тезах, приложенных к докторской диссертации, изданной всего два года спустя после появления книги Вирхова, писал: «6) животная клеточка, будучи единицею в анатомическом отношении, не имеет этого смысла в физиологическом; здесь она равна окружающей среде - межклеточному веществу. 7) На этом основании клеточная патология, в основе которой лежит физиологическая самостоятельность клеточки, или по крайней мере гегемония ее над окружающей средой, как принцип, ложна. Учение это есть не более как крайняя ступень развития анатомического направления в патологии» (1860). В этих словах И. М. Сеченова дана чрезвычайно меткая характеристика порочности вирховских представлений, переоценивающих автономность и значение клеточных структур в организме. С критикой целлюлярной патологии Вирхова выступал в России ряд других патологов и клиницистов.
За последние годы оценка значения Вирхова в нашей литературе была весьма противоречивой. От апологетики Вирхова, характерной для его оценки в первые десятилетия нашего века, в 50-е годы многие авторы перекинулись в другую крайность и стали отрицать какое-либо положительное значение вирховских работ. Так, например, С. С. Вайль (1950) писал: «К сожалению, и сейчас еще приходится слышать высказывания, что Вирхов когда-то был прогрессивен, что его теория когда-то была прогрессивной и лишь теперь, на сегодняшний день, она вредна. Это неверно. Она была вредной с самого начала» (стр. 3). Такая нигилистическая оценка, зачеркивающая «всего Вирхова», искажает историческую перспективу и современное положение проблемы. В действительности в работах Вирхова были и положительные и отрицательные стороны; нет основания зачеркивать одни и искусственно преувеличивать другие. Недавно вопрос о значении целлюлярной патологии Вирхова был заново пересмотрен И. В. Давыдовским (1956), который приходит к выводу, что «в активе как клеточной теории, так и целлюлярной патологии мы имеем не мало достижений, представляющих как общебиологический, так и специально медицинский интерес» (стр. 9), хотя ряд положений Вирхова, бесспорно, нуждается в переоценке и решительной критике.
Резюмируя изложенное выше, попытаемся сформулировать положительные и отрицательные моменты работ Вирхова, относящихся к развитию клеточной теории. К положительным сторонам нужно отнести прежде всего то обстоятельство, что вирховская «Целлюлярная патология» утверждала значение клеточной теории не только в области физиологических явлений, но и в патологии, распространяя тем самым применение клеточной теории на все жизненные явления. Вирхов своими работами завершает крушение шлейден-шванновской теории цитогенеза и показывает, что деление есть способ клеткообразования, общий для животных и растений. Наконец, Вирхов переносит центр тяжести в понятии клетки с оболочки на ее «содержимое» и выдвигает значение ядра как постоянной и важнейшей структуры в клетке. Все это нельзя не записать в актив вирховского учения. Вместе с тем, ряд моментов этого учения сыграл отрицательную роль в дальнейшем развитии клеточной теории. Это «персонификация» клетки, наделение клеток значением автономных существ, строящих тело многоклеточного организма. Вирхов отрицал целостность, единство многоклеточного организма, сводя его жизнедеятельность к сумме самостоятельных жизней отдельных клеток. Вирхов отрицал жизненные свойства межклеточных веществ, считая их пассивными, мертвыми, и исключая эти вещества из области биологического рассмотрения. Вирхов не учитывал, что хотя клетки представляют собой основной структурный элемент тканей, они не являются единственной формой тканевой структуры. Наконец, Вирхов давал ложную интерпретацию проблемы соотношения частей и целого, перенося все внимание на части организма и отрезая тем самым путь к пониманию целостности организма. Эти коренные ошибки Вирхова привели к той линии развития клеточного учения, которая выразилась в целлюлярной физиологии и «теории клеточного государства».
ВИРХОВ Рудольф
ВИРХОВ Рудольф (Virchow Rudolf, 1821 -1902) - немецкий ученый-патолог и политический деятель, один из основоположников научной медицины, создатель научной системы, известной под названием «целлюлярная патология».
В 1843 г. окончил мед. ф-т Берлинского ун-та и одновременно защитил докт. диссертацию.
С 1846 г. - прозектор в больнице Шарите (Берлин). С 1847 г.- доцент Берлинского ун-та. В 1848 г. был командирован в Силезию для изучения эпидемии брюшного тифа; на основании собранных во время командировки материалов сформулировал свои взгляды на патологию и эпидемиологию инфекционных болезней и отметил значение социальных факторов в их распространении. В 1849 г. Р. Вирхов как активный участник политических событий (буржуазно-демократическая революция 1848-1849 гг.) вынужден был оставить Берлинский ун-т и переехал в Вюрцбург, где до 1856 г. возглавлял кафедру патологической анатомии университета; в 1856 г. вернулся в Берлин и до конца жизни руководил кафедрой патологической анатомии и общей патологии Берлинского ун-та и одновременно был директором Ин-та патологии.
В 1847 г. Р. Вирхов основал журнал «Архив патологической анатомии, физиологии и клинической медицины», в к-ром печатались его научные труды (журнал издается и поныне под названием «Virchows Archiv fur pathologische Anatomie und Physiologie und fur klinische Medizim»).
Опубликовано ок. 1000 научных работ Р. Вирхова, посвященных гл. обр. характеристике и патогенезу общих патологических процессов и важнейших болезней человека. Уже в ранних работах он высказал мысль, что в основе ряда патологических процессов лежат морфол, изменения в клетках тканей, а не в крови и лимфе, как считали представители господствовавшего в патологии гуморального направления. Опираясь на данные последующих своих исследований, он сформулировал теорию целлюлярной патологии (см.), к-рую изложил в работах «Целлюлярная патология» (1855) и «Целлюлярная патология как учение, основанное на физиологической и патологической гистологии» (1858). Эта теория охватывала все стороны жизнедеятельности организма и явилась логическим развитием клеточной теории (см.), интенсивно разрабатываемой в первой половине 19 в. Р. Вирхов, используя структурные принципы строения организмов, творчески применил их для объяснения патологических процессов и считал, что материальным субстратом болезни является клетка - основная структурная единица сложного организма, его первая морфол, ступень. Он писал, что вся патология есть патология клетки, что она осязаемый субстрат патологической физиологии, краеугольный камень в твердыне научной медицины. Исходя из основных принципов целлюлярной патологии, Р. Вирхов дал новую характеристику и новый анализ существа патологических процессов, ввел ряд новых терминологических обозначений, значительная часть которых сохранилась в современной медицине. Им были заложены принципы морфол, метода в патологии, развитие к-рого непрерывно продолжается.
Теория целлюлярной патологии быстро получила всеобщее признание и оказала огромное влияние на последующее развитие мед. науки. «Целлюлярная патология» была издана во многих странах мира. В России она была впервые опубликована в извлечениях (1858, 1859) А. И. Полуниным.
Общетеоретические положения целлюлярной патологии подверглись критике с разных позиций еще при жизни автора. Многие из них, как противоречащие учению о целостном организме, были отвергнуты, в наст, время имеют только исторический интерес.
Много работ Р. Вирхов посвятил преподаванию патологической анатомии, методике вскрытий, общей постановке прозекторского дела, истории медицины. В медицине он настойчиво проводил идею единства теории и практики и считал, что практическая медицина - это прикладная («angewandte») теоретическая медицина; подчеркивал необходимость тесного контакта патологоанатома с клиникой и заложил основы клинико-анатомического направления в патологии, получившего всеобщее признание и дальнейшее развитие в научной и практической деятельности патологоанатомов и клиницистов. Р. Вирхов придавал большое значение гуманизму врача и считал недопустимыми необоснованные и опасные терапевтические опыты на человеке, расценивая их как преступление против логики и морали.
Р. Вирхов - автор многочисленных трудов по общей биологии, антропологии, этнографии и археологии. Вместе с Г. Шлиманом он участвовал в раскопках Трои и разработал систематизацию черепов человека на основе краниометрии.
Р. Вирхов принимал активное участие в общественной и политической жизни Германии. Он один из основателей и лидеров буржуазно-либеральной Прогрессистской партии (1861), представлявшей левое крыло буржуазной оппозиции к правительству Бисмарка; после образования Партии свободомыслящих (1884) - один из ее руководителей; с 1862 г. член Прусского ландтага и германского рейхстага (1880-1893). Придавая огромное значение медицине как социальной науке, Р. Вирхов в первый период своей политической деятельности был настойчивым и активным поборником социальных реформ, направленных на улучшение материальных условий жизни населения Германии; на основании своих научных эпидемиол, исследований указывал на значение социальных факторов в распространении многих болезней и настойчиво добивался проведения ряда сан.-гиг. мероприятий.
После франко-прусской войны (1870-1871), вызвавшей резкий подъем германского шовинизма, и особенно после Парижской Коммуны (1871) Р. Вирхов встал на позиции крайней реакции и клерикализма. В частности, он требовал запретить преподавание дарвинизма в школах, т. к., по его мнению, эволюционная теория несет идеи социализма.
Р. Вирхов был основателем нем. научного общества патологов, по примеру к-рого были организованы ныне существующие аналогичные общества почти во всех странах мира. Его институт был притягательной школой для патологоанатомов и клиницистов многих стран мира, в т. ч. и для русских. В 1897 г. как участник XII Международного конгресса врачей он был в Москве и посетил ряд других городов России. Заслуги Р. Вирхова перед мировой наукой получили всеобщее признание еще при его жизни. Он был избран почетным членом научных обществ и академий почти всех стран.
Имя Р. Вирхова занимает почетное место в ряду гениальных представителей нем. народа, что отмечено в резолюции Пленума СЕПГ от 4 октября 1949 г.
Сочинения: Handbuch der speziellen Pathologie und Therapie, Bd 1 - 6, Erlangen, 1854 - 1865 u. Bd 2 - 6, Erlangen, 1864 - 1874 (Hrsg.); Gesammelte Abhandlungen zur wissenschaftlichen Medicin, Frankfurt а./М., 1856; Die Cellularpathologie, B., 1858, 1859, 1862 u. 1871 (рус. пер., Спб., 1871, М., 1885); Die Krankhafte Geschwtilste, Bd 1-2, B., 1863 - 1865; Gesammelte Abhandlungen aus dem Gebiete der offe-ntlichen Medicin und der Seuchenlehre, Bd 1-2, B., 1879; Trombose und Embolie, Lpz., 1910.
Библиография: Абрикосов A. Rudolf Virchow (к 100-летию со дня рождения), Мед. журн., т. 1, № 10-12, с. 631, 1921; Вайль С. С., Р. Вирхов и современная патология, в кн.: Медицина и диа-лектич. материализм, в. 2, с. 139, М., 1927; Давыдовский И. В. К столетию «целлюлярной патологии» Рудольфа Вирхова, Арх. патол., т. 18, № 5, с. 3, 1956; Сахаров Г. П. Рудольф Вирхов и русская медицина (к столетию со дня рождения), М., 1922; Федоровский Г. Шеренга великих медиков, пер. с польск., с. 72, Варшава, 1972; Ackerknecht E. II. Rudolf Virchow - doctor, statesman, anthropologist, Madison, 1953; B a с k e r J. R. The celltheory, a restatement, history and critique, Quart. J. microsc. Sci., v. 94, pt 4, p. 407, 1953, bibliogr.; D o e r r W. Wand-lungen der Krankheitsforschung, tiber «Standpunkte» in der Pathologie 150 Jah-re nach R. Virchows Geburtstag, B., 19 71, Bibliogr.; Hiltner G. Rudolf Virchow, Stuttgart, 1970, Bibliogr.; M ey e rE. Rudolf Virchow, Wiesbaden, 1956; Virchow, Werk und Wirkung, hrsg. v. F. Boenheim, B.,1957.
Я.Л. Рапопорт.
Не много найдется ее служителей, создавших перспективные теории, осуществивших переворот в системе знаний. Именно таким реформатором по праву считается Вирхов Рудольф, немецкий патолог. Медицина после того, как его целлюлярная теория увидела свет, по-новому начала понимать патологический процесс.
Обучение, докторская степень и основание журнала
Вирхов Рудольф появился на свет в 1821 году, в г. Шифельбейне, в Пруссии (сегодня это Сьвидвин, ПНР). Отцом его был мелким землевладельцем. В возрасте 16 лет Вирхов Рудольф стал студентом Берлинского медицинского института. Это учебное заведение он окончил в 1843 г. Через 4 года, когда ему было всего 26 лет, Вирхов получил докторскую степень. В это время он работал прозектором одного из самых крупных госпиталей Берлина. Тогда же Рудольфом Вирховым был основан научный журнал под названием "Архив патологической анатомии". Он сразу же завоевал большую известность в Европе, а также сыграл важную роль в развитии знаний в области медицины в 19 веке.
Отчет о положении в польских деревнях
Любопытно, что еще в молодости, во время своей командировки в Верхнюю Силезию, целью которой было устранить причины "голодного" тифа, царившего там, Вирхов Рудольф посетил Пщину, Рыбник, Рацибуж, а также целый ряд окрестных деревень. После этого он создал отчет, где ярко изобразил санитарную отсталость и нищету местного польского населения. Рудольф потребовал улучшения условий существования этих людей, организации просвещения и врачебной помощи. Он опубликовал этот отчет в журнале, редактором которого являлся.
Исследования в области цитологии
В 1843 году, после защиты докторской диссертации, Рудольф принялся изучать клеточные материалы. Вирхов целыми днями не отходил от микроскопа. Выполняемая с большим энтузиазмом работа грозила ему слепотой. В результате своих трудов он обнаружил в 1846 г. (из них состоит мозг).
Когда Вирхов только что приступил к своей быстрыми темпами развивалась цитология, то есть наука о клетках. Исследователи убедились в том, что дегенеративные клетки нередко можно обнаружить в здоровых органах животных. В то же время в тканях, практически полностью разрушенных болезнью, имеются здоровые. Вирхов на этом основании начал утверждать, что сумма деятельности клеток, составляющих организм, является деятельностью его в целом. Это был новый взгляд на его функционирование. Лишь клетка выступает носительницей жизни, как считал Рудольф Вирхов. его весьма интересна. Болезнь, как считал Вирхов, - это тоже жизнь, но протекающая в изменившихся условиях. Можно сказать, что в этом - сущность учения Рудольфа. Он назвал его клеточной патологией. Рудольф Вирхов доказал, что любая клетка может сформироваться лишь из некоторой другой.
Основание школы физиологов
В возрасте 28 лет, в 1849 году, Вирхов стал руководить кафедрой патологии, находящейся в Вюрцбурге. А спустя несколько лет его пригласили в Берлин. В немецкой столице Вирхов провел всю оставшуюся жизнь. Его считают основателем школы физиологов, полагавших, что организм является суммой самостоятельных клеток, и жизнь его - сумма их жизней. Вирхов, таким образом, смотрел на организм как на что-то, разделенное на части, имеющие собственное существование.
Труды Вирхова
В 1847 году Вирхов получил звание приват-доцента. После этого он с головой ушел в патологическую анатомию. Ученый занялся выяснением изменений, происходящих при различных болезнях в материальном субстрате. Он дал очень важные описания микроскопической картины больных тканей. Ученый осмотрел с линзой 26 тысяч трупов. Свои научные взгляды он обобщил в 1855 году. Он опубликовал их в статье "Целлюлярная патология" в своем журнале. Таким образом, в 1855 году Рудольф Вирхов доказал, что путем деления материнской клетки образуются новые. Он отметил, что сходное строение имеют все клетки. Кроме того, в 1855 г. Рудольф Вирхов доказал, что они гомологичны, так как имеют сходный план строения и единое происхождение.
Его теория в 1858 году вышла отдельной книгой, состоящей из двух томов. Тогда же были опубликованы его систематизированные лекции. В них впервые была дана в определенном порядке характеристика основных патологических процессов, рассмотренных под новым углом зрения. Для ряда процессов была введена новая терминология, которая сохранилась и сегодня ("эмбология", "тромбоз", "лейкемия" и др.). Вирхов создал множество работ на общебиологические темы. Он написал труды по эпидемиологии инфекционных болезней. Много статей этого ученого посвящено методологии вскрытий, патологической анатомии. Кроме того, он является автором теории непрерывности плазмы зародыша.
Критика трудов
Отметим, что общетеоретические взгляды этого ученого встретили ряд возражений. Это в особенности касалось "персонификации клетки", то есть представления о том, что сложный организм является "клеточной федерацией". Кроме того, ученый раскладывал сумму жизненных единиц на "округи и территории", что расходилось с представлениями Сеченова о роли нервной системы, которая осуществляет регулирующую деятельность. Сеченов считал, что Вирхов отрывает от среды отдельный организм. Болезнь, полагал он, нельзя рассматривать лишь как нарушение жизненных функций той или иной группы клеток. А вот С. П. Боткин был поклонником теории Вирхова.
Роль, которую сыграла теория Вирхова в развитии медицины
Этот ученый полагал, что болезни являются результатом конфликтов, которые происходят внутри "общества клеток". Несмотря на то, что ошибочность данной теории была доказана еще в 19 веке, все же она сыграла большую роль в развитии медицины. Благодаря ей ученым удалось понять причины множества заболеваний, например, механизм появления раковых опухолей, которые и по сей день являются бичом человечества. Кроме того, теория Рудольфа объясняет причины различных воспалительных процессов и роль, которую в них играют белые кровяные тельца.
Политическая деятельность Вирхова
Не только великим ученым, но также и политиком был Рудольф Вирхов. Биография его отмечена целым рядом достижений на этом поприще. Он вел борьбу за прогресс в санитарной гигиене и в медицине. В 1862 году он стал депутатом парламента. Рудольфу принадлежит инициатива целого ряда реформ в сфере социального обеспечения и гигиены. К примеру, строительство канализации в городе Берлине - это его заслуга. Это было совершенно необходимо в то время, поскольку лишь в 1861 г. от холеры здесь умерло около 20 тысяч человек.
Деятельность Рудольфа во время франко-прусской войны
В период франко-прусской войны, которая длилась с 1870 по 1871 год, Рудольфом Вирховым были организованы в небольших бараках Он старался сделать так, чтобы исключить большие скопления раненых, поскольку это создавало угрозу заболеваемости больничной горячкой. Кроме того, именно Вирхову принадлежит идея организации санитарных поездов, предназначенных для эвакуации раненых. Рудольф Вирхов в 1880 г., являясь депутатом Рейхстага, выступал горячим противником проводимой Бисмарком политики. В 1902 году он скончался, дожив до 81 года.
До сих пор в науке не забыто имя "отца целлюлярной теории", которым является Рудольф Вирхов. Его вклад в биологию позволяет считать его одним из лучших ученых своего времени.
Немецкий патологоанатом, антрополог.
В 1858 году Рудольф Вирхов издал книгу в 2-х томах: Целлюлярная патология / Die Cellularpathologie, где предложил любой организм рассматривать как «совокупность живых клеток, организованных подобно государству», а любой болезненный процесс – как следствие изменений в жизнедеятельности элементарных частей организма – его клеток. Здесь же был введён в научный оборот тезис: «Omnis ceilula е cellula» - клетка происходит только от клетки, что положило окончанию споров о возможности самозарождения организмов...
«До работ Вирхова взгляды на болезнь были примитивно-абстрактными. По определению Платона , «болезнь - расстройство элементов, определяющих гармонию здорового человека», Парацельс выдвинул понятие «целебной» силы природы (via medicatrix naturae) и рассматривал течение и исход болезни в зависимости от исхода борьбы болезнетворных сил с целебными силами организма. В эпоху древнеримской культуры К. Цельс полагал, что возникновение болезни связано с воздействием на организм особой болезнетворной идеи (idea morbosa). Сущность болезни видели в нарушении гармонии организма, вызванном действием духов («археев»), пребывающих в желудке (Парацельс ), нарушающих обмен веществ и деятельность ферментов (ван Гельмонт) и душевное равновесие (Шталь)».
Шойфет М.С., 100 великих врачей, М., «Вече», 2008 г., с. 282.
«Вирхов
обрушился с резкой критикой на «гуморальную теорию», объяснявшую развитие болезней «порчей соков» организма. Несколькими годами ранее, в 1838-м соотечественники ученого Матиас Шлейден и Теодор Шванн уже сформулировали теорию о клеточном строении всех живых организмов.
Но именно Вирхов впервые
заявил о том, что сущность болезни заключена в патологических изменениях клетки ткани того или иного органа, подкрепив свои революционные тезисы данными, полученными в патолого-анатомической лаборатории.
Вирхов впервые заявил о том, что сущность болезни заключена в патологических изменениях клетки. Вирхов и его единомышленники были убеждены, что в своих исследованиях нащупали правильное направление. Для пропаганды передовых научных взглядов им был необходим свой научный журнал, но на «борьбу за принципы и методы против школ и авторитетов» нужны были деньги...
Несмотря на критику оппонентов, карьера Вирхова шла в гору: в 1846-м он был назначен прозектором, а в 1847-м стал доцентом университета. В его «кружок» стекались как молодые, так и более опытные учёные.
Среди них вскоре оказался и пожилой берлинский врач Зигфрид Реймер, который так увлёкся исследованиями Вирхова, что убедил своего брата Георга, успешного бизнесмена-книготорговца, заняться изданием нового журнала.
Так вышел первый номер «Архива патологической анатомии, физиологии и клинической медицины». Очень быстро журнал, существующий и в наши дни под названием «Вирховский архив», приобрёл репутацию самого передового медицинского издания в Германии, а имя возглавлявшего его молодого учёного - небывалую популярность».
Маляева А., Патологический бунт, журнал «Машины и механизмы», 2013 г., N 8, с. 53.
Считая, что при обучении медиков очень важны демонстрациии, Рудольф Вихров создал Музей патолого-анатомических препаратов, который к концу его жизни насчитывал 23.000 экспонатов и до сих пор является самой большой коллекцией такого рода в мире…
«Вирхов
был избран в сейм - прусский парламент, где основал Прогрессистскую партию. Прямота в политических вопросах даже довела его до дуэли с канцлером Отто фон Бисмарком
!
Поединок, впрочем, закончился своеобразно.
К Вирхову явились секунданты, а учёный выбрал в качестве оружия... две одинаковые палки колбасы, утверждая, что одна из них заражена смертоносными бациллами. «Его превосходительство может оказать мне честь, выбрав и съев одну из них. Я же съем другую!» - пояснил он секундантам. Канцлер от дуэли отказался».
Маляева А., Патологический бунт, журнал «Машины и механизмы», 2013 г., N 8, с. 55.
