Суд гомельские таможенники. Дело гомельских таможенников
18 октября Гомельский областной суд рассмотрел апелляции на приговор группе бывших таможенников.
22 мая суд Центрального района Гомеля вынес приговор по резонансному делу бывших сотрудников региональной таможни. По делу о взятках проходило 18 человек - почти два отдела таможни и предприниматели, которые признались, что давали взятки. Таможенников обвинили в создании организованной группы, даче и получении взяток на белорусско-российской границе. Многие эпизоды были сформулированы обвинением как принятие взятки «в неустановленном месте, в неустановленное время, от неустановленного лица за проезд неустановленного транспортного средства» .
Максимальный срок - 13 лет лишения свободы получил Дмитрий Погарцев , которого признали одним из организаторов преступной группы. К 11 с половиной годам лишения свободы приговорен Александр Исаченко , бывший начальник отдела. Другие бывшие сотрудники таможни получили от 5 до 8 лет лишения свободы.
Сотрудники таможни, которые признавали вину и «активно сотрудничали со следствием, помогали изобличать иные преступления» , Василий Раковец и Дмитрий Васюченко получили по пять лет ограничения свободы.
Таможенники и их адвокаты заявляли, что явки с повинной они давали под давлением сотрудников КГБ, оговорили себя и коллег. Они обращали внимание, что по делу не добыто объективных доказательств - не установлено время, место, обстоятельства получения взяток, никто не был задержан с поличным.
Областной суд рассмотрел дело и вынес решение об изменении приговора. Из обвинения убрали некоторые эпизоды, а также убрали квалификацию «в составе организованной группы» - но только тех эпизодов взяток, которые инкриминируются после 2014 года. То есть суд посчитал, что после 2014 года организованная группа не существовала.
Суд снизил некоторым обвиняемым сроки на год или два. К примеру, Погарцеву назначено к отбыванию наказания 11 лет (по первому приговору - 13). Валерию Качковскому суд назначил 4 года (ранее - 5 лет), Вячеславу Якушеву - 5 лет (ранее - 7).
Из мотивировочной части приговора были исключены «указания на получение взяток от Швед, Леонова, Гаджиева, Шинкоренко» . Вместо конкретных фамилий свидетелей сейчас в приговоре написано «от иных лиц» .
Остальные жалобы обвиняемых, а также прокуратуры оставлены судом без удовлетворения.
Павел Пивоварчик , адвокат Александра Исаченко, высказался в комментарии БелаПАН , что его подзащитному приговор оставили без изменения - 11 с половиной лет лишения свободы.
«Мой подзащитный в принципе не совершал этих преступлений, объективных доказательств нет, имеются лишь показания на него Погарцева и Баслыка. Но показания Погарцева противоречивы, он их изменял на каждом допросе - менял суммы, даты, место получения взяток. Но суд по непонятным причинам считает их правдивыми. Баслык на суде признался, что показания из него просто выбили сотрудники КГБ. Есть доказательства, такие, как план-задания таможни, что мой подзащитный в принципе не выезжал в составе таких мобильных групп, которые якобы в это время брали взятки. Выводы суда неправильны, приговор незаконный» , - сказал адвокат.
Он обратил внимание, что сейчас по приговору взятки давали не определенные, а «иные лица». «Кто-то давал, но не пойми кто, не пойми как и при каких обстоятельствах» , - добавил адвокат.
Жена Исаченко высказалась, что данный суд был «показательным в плане запугивания» . «Если не признаете вину - получите организованную группу и большие сроки. Если кто больше всех борется, как мы, - в итоге приговор оставили без изменения, как моему мужу - 11 с половиной лет. Это делается, чтобы родственники боялись - сидите и не высовывайтесь. Чтобы все сидели и молчали - может, вам повезет и срок снизят на год» , - считает Елена Исаченко . Ее муж, согласно приговору суда, нанес ущерб государству на сумму 188 рублей.
«С самого начала нашим ребятам заявили, сколько они получат лет лишения свободы, если не будут признавать вину. Факты придвигали к срокам, а не наоборот. Заказное дело. Мой сын ничего не нажил - ни автомобиля, ни дачи, одна квартира в кредит. И его объявили взяточником» , - отметила мать Сергея Савельева .
Родственники надеются, что их услышит руководство страны и обратит внимание на данное дело. «Скоро в Гомеле пройдет встреча президентов Беларуси и Украины. Мы понимаем, что у Лукашенко не будет времени для нас. Но пусть бы отправил своего помощника, которому он доверяет, вменяемого, чтобы посмотрели это дело, услышали нас» , - подчеркнули родственники обвиняемых.
Приговор обвиняемые будут обжаловать в Верховном суде.
Гомельские таможенники рассказывают, как под давлением чекистов писали на себя и коллег явки с повинной.
Суд Центрального района Гомеля продолжает рассмотрение громкого уголовного дела в отношении бывших сотрудников Гомельской таможни. Обвиняемых - 18 человек. Это два отдела таможни почти в полном составе - оперативно-поисковой и по борьбе с контрабандой, а также несколько предпринимателей, которых обвиняют в даче взяток, и работница придорожного кафе, передававшая деньги.
Следствие считает, что таможенники брали взятки за пропуск через белорусско-российскую границу грузов без документов.
Дело гомельских таможенников. Судят за взятки на границе, которой нет Признавшие вину находятся под подпиской о невыезде и на заседания суда приходят из дома. Остальные уже почти два года сидят в СИЗО. После задержания многие таможенники написали явки с повинной, но на суде отказались от них, заявив, что давали признательные показания под давлением сотрудников КГБ, которые применяли физическое и психологическое воздействие.
На последних заседаниях были заслушаны бывшие таможенники Сергей Баслык и Юрий Якушин , которые подробно рассказали, как сотрудники Комитета госбезопасности выбивали из них показания.
«За взятку оформил подписку на «Таможенный вестник»
Сергей Баслык также написал явку с повинной и на предварительном следствии давал показания, что на Гомельской таможне действительно брали взятки - и он сам, и его коллеги, и руководство.
К примеру, Баслык показывал, что в 2011 или 2012 году он с коллегами, а также начальником отдела Александром Исаченко был в рейде в Ветковском районе. И там они получили взятку - 2 тысячи российских рублей - от «лиц азербайджанской национальности», которые везли «плодоовощную продукцию».
По показаниям Баслыка, на эти деньги начальник отдела оформил подписку на журнал «Таможенный вестник». Но на другой очной ставке обвиняемый, согласно материалам дела, утверждал, что эти 2 тысячи российских рублей они разделили на четверых. Есть и третий вариант - за эти деньги таможенники пообедали в кафе.
На суде Сергей Баслык отказался от всех своих показаний на предварительном следствии и пояснил, что оговорил себя и коллег под физическим и психологическим давлением сотрудников КГБ.
«За написание явок мне было обещано изменение меры пресечения, я был вынужден давать такие показания, сожалею и прошу прощения у коллег», - заявил на суде Баслык. Он отметил, что «проявил малодушие».
Дело гомельских таможенников. «Вывозили в лес и требовали общак» Обвиняемый рассказал, что когда его везли в УКГБ, то остановились возле леса, и задержавшие его сотрудники требовали под угрозами показать, где «спрятан общак».
В здании УКГБ по Гомельской области, по словам Баслыка, к нему применялось насилие - ему надели капюшон на голову и нанесли удар по голове, а также направляли на него пистолет и имитировали выстрел.
«Мне заламывали руки, а мои слова, что я буду жаловаться, вызывали у них смех», - сказал обвиняемый.
«Мне говорили, что если я не дам явку, то мне создадут такие условия, что жена с детьми сама уйдет от меня, сделают невыносимой жизнь моей семьи. А меня посадят в камеру к лицам с нетрадиционной ориентацией <...> Попав в безвыходное положение, я написал явку с повинной», - сказал на суде Баслык.
Он подчеркнул, что писал жалобы в прокуратуру на действия сотрудников КГБ, но все его заявления перенаправлялись для реагирования в… Комитет госбезопасности.
«Ганс-Христиан Андерсен отдыхает!»
Юрий Якушин - единственный из обвиняемых бывших таможенников, кто не писал явку с повинной, хоть, по его словам, у него это не то что просили - выбивали силой.
К примеру, обвинение утверждает, что Якушин за взятку пропускал в нарушение законодательства микроавтобус с салом, которое везла гражданка Украины. Якушин же заявил, что такие взятки не имеют смысла - потому что физическому лицу для перемещения сала не требуются сертификаты, это касается только ИП и юридических лиц.
По данным обвинения, взятки Якушину передавал на тот момент уже бывший сотрудник таможни Дмитрий Погарцев , причем делал это в здании таможни.
«Мне непонятно, каким образом бывший сотрудник таможни Погарцев в обход дежурной службы Гомельской таможни попадал в служебные кабинеты. Видимо, Погарцев овладел способностью телепортации и таким образом перемещался из одного места в другое мгновенно и незаметно. О какой конспирации в обвинении идет речь, когда бывший сотрудник Гомельской таможни ходит по кабинетам административного здания таможни, являющего режимным объектом, и раздает сотрудникам деньги? Ганс-Христиан Андерсен отдыхает!» - отметил Якушин.
Из КВН - в КГБ. Как таможенник помогал чекистам, а оказался в СИЗО В основе обвинения по еще одному эпизоду - слова бывшего коллеги Васюченко, который утверждает, что и сам брал взятки, и с Якушиным делился.
«Я никогда не организовывал проезд с территории РФ на территорию РБ какого-то неустановленного транспортного средства марки «Газель», о котором фантазер Васюченко, который придумал эту чушь в своих показаниях, не может сказать ни слова. Как и кем установлено, что это неустановленное транспортное средство перемещало неустановленный груз без соответствующей документации?» - задался вопросами обвиняемый.
Якушин также заявил, что формирование и выезд мобильных групп строго оформлялось, составлялся план-задание, и мобильная группа в составе Раковец-Негодин-Якушин, как говорится в обвинении, не существовала.
«Всё это - выдуманная ложь, ничем не подтвержденная», - подчеркнул бывший таможенник. Он считает, что предъявленные ему обвинения - «чушь, это в каком пьяном угаре нужно было такое написать?»
Судья Григорий Дмитриенко сделал за это Якушину замечание и попросил его корректнее выражаться. «Якушин, будьте тактичны, вы же образованный человек! Постарайтесь, пожалуйста, я вас прошу», - попросил судья.
«Ты никто и звать тебя никак»
Юрия Якушина задержали дома 3 февраля 2016 года. Вот что об этом сам бывший таможенник рассказал в суде.
«В семь утра в дверь звонили и стучали без перерыва, потом ворвались два человека, первый сунул удостоверение сотрудника КГБ из Минска, меня увезли в здание УКГБ по Гомельской области, там меня завели на второй этаж. Сказали писать явку с повинной. Вошел сотрудник КГБ, представился начальником по борьбе с коррупцией, сказал мне: «Давай, пиши явку с повинной о том, как вы брали взятки на Селище, и всё об этом расскажи».
Я отказался, сказал, что никаких взяток не брал. Он стал кричать и угрожать, что посадит меня на семь лет, что буду долго сидеть в СИЗО и не увижу родных, что на очных ставках мы будем наперегонки соревноваться - кто на кого больше скажет! Когда я спросил о доказательствах, он сказал, что я увижу их на суде, и спросил: «Ты что, ничего не боишься?»
После этого в кабинет вошел другой сотрудник, предложил мне написать явку, но более вежливо предложил. В девять часов в кабинет вбежал с разъяренным видом сотрудник КГБ, который задерживал меня. Сотрудник номер один, я так их буду называть, с криком приказал мне встать, завести руки за спину, наручниками зажал их максимально, заломил руки и в позе ласточки потащил на третий этаж - в кабинет, где не было мебели, только стул. Это такой кабинет, чтобы выбивать показания», - рассказал Юрий Якушин, и при этом назвал сотрудника КГБ «садистом».
«Попрошу вас тактично выражаться, русский язык богатый. Постарайтесь как-то… Вы же понимаете - тут много людей присутствует! Вы ярлыки вешаете - так не надо делать», - посоветовал обвиняемому судья.
«А что - не садисты? Два года уже людей мучают», - зашептались в зале.
Якушин продолжил давать показания:
«Мне сказали, что если не напишу явку - сломают нос. «Будешь кровью захлёбываться, а нам за это ничего не будет. Скажем, что оказал сопротивление при задержании», - так мне угрожали.
Сотрудник номер один всячески меня унижал, угрожал, шантажировал, вынуждая писать явку и оговорить коллег. Он периодически неожиданно бил меня ногой в грудь, от удара я заваливался набок. Меня поднимали, сотрудник номер два бил в живот, и это чередовалось с резкими ударами ладонью по затылку. Они кричали: «Ну, давай, признавайся!».
Чтобы причинить еще большие физические страдания, ближе к коленному суставу сотрудник подложил мне круглую пластиковую гимнастическую палку, таким образом пережав мне вены на ногах. Пытки были до 12 часов без перерыва, заходили разные сотрудники, ухмылялись, наблюдали, как надо мной издеваются, и говорили: «Ну как, Юрий Владимирович, как вы себя чувствуете? Может, признаетесь?» Угрожали, что всех повезут в СИЗО КГБ, а меня на Володарку к уголовникам. Один из сотрудников бил меня по макушке ключом от наручников.
Потом зашел сотрудник и сказал: «У меня к тебе две новости - одна плохая, вторая еще хуже. Ты поедешь в СИЗО КГБ, но поедешь на полу, так как для тебя нет места, там будут сидеть сотрудники и будут лежать их вещи».
В 17 часов вошли опять пять или шесть человек, окружили меня, надели наручники и стали давить. Один сказал, что у меня нет выбора: «Тебе надо признать вину, погасить ущерб, и тогда президент тебя помилует. Ты никто и звать тебя никак. Мы с тобой можем сделать всё, что захотим». Они давили мне на плечи, потом повалили на пол.
Потом повезли в Минск. Приковали наручниками, привязали вторую руку жгутом, я не мог пошевелиться, у меня больная спина и сердце. Но когда я увидел звериное выражение на лице сотрудника, я понял, что жаловаться бесполезно».
В минском СИЗО, по его словам, в камере были невыносимые условия - не было туалета, лишь пластиковое ведро, спали на деревянном щите, освещение все время было тусклое, охрана вела себя издевательски.
Также Юрий Якушин рассказал, что к нему приходил «подставной адвокат» - женщина, которая говорила, что «им нужны ваши начальники, лучше признавайтесь, в нашей стране адвокат вам не поможет, он только для связи с родственниками».
По словам обвиняемого, к нему не пускали защитника, не давали свидания с близкими, хотя у него жена имеет инвалидность, престарелая больная мать, дедушка-ветеран, который нуждается в помощи...
«Когда я пытался обжаловать действия сотрудников КГБ, мне они угрожали, что заведут дело за клевету и оговор», - добавил Якушин.
Родственники бывших таможенников написали тем временем уже шестое обращение к Лукашенко, где опять просят об объективном разбирательстве данного дела и указывают на многочисленные нарушения во время следствия и суда, давление со стороны КГБ.
Судебные слушания продолжаются.
22 мая суд Центрального района Гомеля вынес приговор по резонансному делу бывших сотрудников региональной таможни. Процесс шел , по делу о взятках проходило 18 человек - почти два отдела таможни и предприниматели, которые признались, что давали взятки.
Таможенников обвинили в создании организованной группы, даче и получении взяток , а также в злоупотреблении служебными полномочиями.
Многие эпизоды обвинения были сформулированы предельно неконкретно - «в неустановленном месте, в неустановленное время получил от неустановленного лица за проезд неустановленного транспортного средства взятку».
Однако прокуратура ничего странного в таких формулировках не усмотрела: «Это не установили из-за давности, но мы проанализировали, были типичные нарушения».
С конфискацией имущества вплоть до кроссовок
Максимальный срок - 13 лет лишения свободы - получил Дмитрий Погарцев , которого признали одним из организаторов преступной группы. В наказание ему приплюсовали и срок по статье 328 (незаконный оборот наркотиков), по которой он ранее был приговорен к семи с половиной годам лишения свободы.
К одиннадцати с половиной годам лишения свободы приговорен Александр Исаченко , бывший начальник отдела, который на момент задержания уже не работал на таможне. Впрочем, как и многие его бывшие коллеги.
Еще один «организатор» преступной группы Владимир Скрабовский наказан пятью годами лишения свободы. Другие бывшие сотрудники таможни получили от 5 до 8 лет лишения свободы. Также суд постановил лишить обвиняемых специальных званий инспекторов таможенной службы.
Сотрудники таможни, которые признавали вину и «активно сотрудничали со следствием, помогали изобличать иные преступления», Василий Раковец и Дмитрий Васюченко получили по пять лет ограничения свободы («химии»).
Кроме того, суд постановил конфисковать у обвиняемых имущество, в том числе кроссовки у Сергея Баслыка , так как якобы они были куплены за взятку.
При задержании сотрудниками КГБ Баслык дал явку с повинной, но на суде отказался от всех своих показаний и пояснил, что оговорил себя и коллег под физическим и .
«За написание явок мне было обещано изменение меры пресечения, я был вынужден давать такие показания, сожалею и прошу прощения у коллег», - заявил на суде Баслык. Он отмечал, что «проявил малодушие». Кроме Баслыка, о психологическом и физическом давлении со стороны КГБ заявляли и другие обвиняемые.
Два предпринимателя, которых обвиняли в даче взяток, отделались штрафами.
«Сфабриковали дело!»
Родственники бывших таможенников были шокированы приговором.
«У меня нет слов… Они не совершали преступлений! Семь лет дали нашему сыну. Это незаконно всё», - прокомментировала мать одного из обвиняемых.
«Показуха! Десять месяцев шли суды - и что в итоге? Никаких доказательств, никаких! Зачем было судить десять месяцев? Сфабриковали дело! Почему те, кто признали 30 эпизодов (Раковец и Васюченко. - ред.) - вышли на свободу и не сидели? Оговорили всех - и вышли на свободу. Где справедливость? Нашему вменили сорок рублей и четыре копейки взятки - это такие взятки сейчас?» - заметила мать Валерия Качковского . Ему суд назначил пять лет лишения свободы.
Другие родственники обвиняемых выглядели растерянными. «Мы не знаем, что вообще делать… Это всё страшно. Мы везде писали, жаловались, стучали во все двери… Может, их так сурово наказали за то, что мы не молчали?» - рассуждали родственники.
«Мы не верим в правосудие! Не верим! Мой сын писал мне из тюрьмы, что он не совершал преступлений, что скоро будет дома, что разберутся. Разобрались?» - заметила мать Качковского.
«Заранее все было договорено, предусмотрено, заказано. Наши дети несправедливо осуждены. Нет ни правды, ни истины. Моему сыну дали семь лет - за что? Кто его заказал? Почему сотрудники КГБ всех задержанных вынуждали давать показания на руководство таможни? Но наши дети оказались выше этого. Вот их и посадили», - рассказала мать Вячеслава Якушева .
100 рублей взяток за шесть лет?
Павел Пивоварчик , адвокат Александра Исаченко, заявил, что приговор будет обжалован, так как он незаконный.
«Суд не слышит доводы защиты, суд не слышит доводы обвиняемых, у некоторых есть стопроцентное алиби - есть план-задания, документы, по которым четко установлено, что эти преступления, которые им вменили, люди не совершали. Обратите внимание - людей обвиняют в совершении преступлений в составе организованной группы на протяжении длительного времени - 4-6 лет. А суммы взяток у них - 100 рублей, 160 рублей. Нет доказательств совершения преступлений», - заметил адвокат.
18 сотрудников Гомельской таможни судят в суде Центрального района Гомеля по обвинению в нарушении части 3 статьи 430 Уголовного кодекса (получение взятки). Всем подсудимым грозят немалые сроки: прокурор запросил от пяти до тринадцати лет с конфискацией.
18 бывших сотрудников Гомельской таможни уже более двух лет находятся под стражей и обвиняются в получении взяток за беспрепятственный проезд через белорусско-российскую границу. Женщины семь раз обращались за помощью к Александру Лукашенко, но получали отписки из других государственных структур. «Если бы наши письма с самого начала доходили до Александра Григорьевича, то сотрудники КГБ не позволили бы себе полностью сфабрикованное, неграмотно оформленное, «сырое» дело… передать в прокуратуру», - отмечают женщины в обращении к Александру Турчину.
Родственники подсудимых обращают внимание чиновника на множество нестыковок в деле. Например, «прокуратуру устроило неустановленное место, неустановленное время, неустановленное лицо, неустановленное транспортное средство с неустановленным грузом. Прокуратуру устроили взятки в размере 60 000 российских рублей, вменяемые всем обвиняемым, независимо от количества отработанного времени – от 11 месяцев до 4 лет».
Родственники заявляют о давлении КГБ на прокуратуру и на суд.
«Очевидным доказательством вмешательства сотрудников КГБ в судебный процесс является проверка по выявленным фактам физического и психологического давления оперативных сотрудников КГБ, осуществлявших задержание, конвоирование и допросы обвиняемых. Начатую Следственным комитетом проверку в отношении указанных фактов прекратили и передали в Гомельскую областную прокуратуру, где ее «проводил» прокурор Дубовец, который курирует деятельность КГБ. Дубовец посчитал действия «чекистов» правомерными, а основанием стало объяснение: «Они настоящие офицеры и не могли этого сделать», - пишут женщины.
Следователи КГБ также объявили выговор адвокату Е.Сайковой, что закончилось непродлением лицензии. Выговор адвокат получила за обращение в ОВД по Гомельской области с заявлением о преступлении, совершенной гражданкой Гончаренко Л.М. (она же – Швед Е.М.), проходящей свидетельницей по делу гомельских таможенников.
Е.Швед является гражданкой Украины и одним из главных свидетелей по делу; свое имя она изменила после задержания сотрудниками КГБ в январе 2016 года, в то время как до мая 2016 года действовал запрет на въезд женщины в Беларусь. Родственники подсудимых считают, что «под угрозой возбуждения уголовного дела за незаконное нахождение на территории Респуб Беларусь дала нужные для следователей КГБ показания на сотрудников Гомельской таможни».
Женщины уверены в невиновности своих родных и намерены бороться за их освобождение. «Мы хотим только справедливого процесса», - заявляют женщины.
11 апреля родственницы подсудимых встретились и с руководителем правозащитного центра «Правовая помощь населению» (зарегистрирован в Украине) Олегом Волчеком.
Гомельских таможенников надо освобождать из СИЗО
Правозащитник убежден, что бесспорных доказательств взяточничества гомельских таможенников нет.
При изучении материалов судебного процесса в глаза сразу бросается, что двенадцать из 18-ти обвиняемых таможенников заявили о физическом и психологическом давлении, которое на них оказывали сотрудники КГБ во время следствия. Слишком серьезное заявление, чтобы его игнорировать: под арестом оказалось почти два отдела Гомельской таможни.
Задержанного Валерия Качковского везли в Минск на полу служебного автобуса, надев мешок на голову. Вот некоторые его показания в суде:
«…Требовали оговорить и себя, и коллег. Издевались. Угрожали, что что-нибудь случится с беременной женой. Ставили на растяжку, одевали наручники, угрожали застрелить, поместить в камеру с лицами с низким социальным статусом, говорили, что буду спать на полу у параши. Так в принципе и произошло, когда меня доставили в минский СИЗО…».
Такое ощущение, что Качковский - главарь группировки по торговле наркотиками, который представляет серьезную угрозу для общества и национальной безопасности.
Явка с повинной не может являться главным и основным доказательством по делу, наоборот, суд должен к такому документу относиться с недоверием, а вообще надо исключить такие процессуальные документы из числа доказательств.
Следственный комитет и прокуратура проверяли жалобы таможенников о применении к ним пыток, недозволенных методов, но не нашли доказательств, в связи с чем неоднократно отказывали в возбуждении уголовных дел.
Следственный комитет не имеет методики расследования тяжких преступлений, которые совершаются представителями силовых структур. И нет профессиональных следователей, которые могли бы расследовать такие дела. Проверки проходят поверхностно и необъективно по шаблону: один сказал, что его били, а другой сказал, что не бил. Вывод – нет доказательств.
Коль скоро речь идет о взяточничестве, стоит задаться вопросом: а остальные отделы не брали взяток? Где были раньше спецслужбы, которые допустили появление такого количества «взяточников»? Почему молчит начальник таможни – ведь такими темпами пересадят весь коллектив? Если столько «взяточников», то надо закрывать данную структуру и реформировать.
Большинство предъявленных обвинений стандартны:
«…Совместно с иными участниками организованной группы... точные даты и время следствием не установлены … реализуя преступный умысел, направленный на систематическое получение незаконных денежных вознаграждений (взяток), находясь в составе рейдовой мобильной группы на участке белорусско-российской границы в Ветковском районе Гомельской области, повторно организовал беспрепятственный проезд с территории Российской Федерации на территорию Республики Беларусь через белорусско-российскую границу автотранспортного средства „Газель“, регистрационный знак не установлен, с грузом „овощи-фрукты“ без фитосанитарного сертификата, за что... принял от неустановленных лиц незаконное денежное вознаграждение (взятку) в сумме не менее 2000 российских рублей, что по курсу НБ РБ, установленного на 29.02.2012г., составило не менее 55,8 базовых величин…».
Вслед за Станиславским говорю: не верю!
Вот мои аргументы. По уголовно-процессуальному законодательству обвинение должно содержать время, место и обстоятельства совершения преступления - в приведенной формулировке никакой конкретики нет.
В данном случае сложно даже защищаться, поскольку толком и не знаешь - а что именно надо опровергать?
Такие доказательства не могут признаваться допустимыми и достоверными.
Второй аргумент. В обвинении говорится о границе России и Беларуси, но нет между странами таможенной границы, а есть административная граница Беларуси и Российской Федерации. Есть Союзное государство, Таможенный союз, ЕАЭС. Напомню, что беспрепятственный проезд из Беларуси в Россию и обратно организовали правительства двух стран в 1995 году, и между соседними государствами нет таможенной границы. Следовательно, нет условий для проведения таможенного контроля, следовательно, нет полномочий у сотрудников таможенных органов проверять транспортные средства, груз и т.п., так как само проведение таможенного контроля в указанном месте запрещено межгосударственными договоренностями.
Таможенники даже не могут права останавливать и досматривать физических лиц, пересекающих границу Беларуси и России.
Обвинение строится практически на показаниях нескольких свидетелей, которые сами раньше неоднократно привлекались к административной ответственности за нарушение таможенного законодательства.
Третий аргумент. За несколько месяцев пристального наблюдения оперативными службами за работой таможенников, телефонных прослушек и слежки с поличным не взяли никого.
Нужны стопроцентные доказательства взяточничества со стороны таможенников, а не слухи и домыслы, на которых выстроено уголовное дело.
Адвокаты отметили, что все обвинения строятся на голословных показаниях отдельных обвиняемых и «явках с повинной». Два года следствия, а на выходе – одни сомнения и предположения. Надо людей освобождать из следственного изолятора.
Беспокоит, что белорус ради повышения по службе готов запугать, растоптать другого белоруса. Но когда он оказывается в таком положении)в нашей стране такая перспектива более чем реальна), то, как правило, кричит о незаконным действиях по отношению к нему.
Народная поговорка гласит: «от тюрьмы и сумы не зарекайся». Помните об этом!
Более 100 лет лишения свободы на всех. Суд вынес приговоры по делу "гомельских таможенников". На скамье подсудимых - два отдела таможни почти в полном составе, а также несколько предпринимателей. Бывшим сотрудникам вменялось получение взяток за пропуск через границу грузов без документов. Напомним, в начале февраля 2016 года сотрудники Комитета госбезопасности задержали сотрудников сразу двух отделов Гомельской таможни - оперативно-поискового и по борьбе с контрабандой. На момент задержаний десять человек были действующими специалистами, пятеро - бывшими. Из них двое занимали руководящие должности, остальные - рядовыми или старшими оперуполномоченными.
Подробности судебного процесса в материале Юрия Шевчука. Даже самый большой зал здания Гомельского областного суда не вместил всех желающих услышать вердикт фемиды по этому громкому и резонансному делу. Сегодня на скамье подсудимых 12 из 18 обвиняемых. Кстати, по делу проходят не только сотрудники таможни, но и предприниматели, которые незаконным образом договаривались с ними. Таможенников же судят за то, что они за вознаграждение пропускали фуры через российско-белорусскую границу.
Одних фигурантов обвиняют в участии в организованной группе и получении взяток, а также в злоупотреблении служебными полномочиями. Других - в даче взяток, мошенничестве и посредничестве во взяточничестве. По версии следствия, сотрудники таможни выезжали на дежурство и брали взятки за беспрепятственный проезд фур из России или Украины. Вознаграждение полагалось за то, что в Беларусь товар ехал без сопроводительных или фитосанитарных документов. Таким образом, группа работала на протяжении нескольких лет.
Все остальные фигуранты также были признаны виновными. Самый внушительный срок - 13 лет лишения свободы - получил экс-сотрудник таможни Дмитрий Погарцев. Бывшего начальника отдела Александра Исаченко приговорили к 11 с половиной годам колонии усиленного режима. Остальные обвиняемые осуждены на сроки от трех до восьми лет лишения свободы. Таможенников Дмитрия Васюченко и Василия Раковца, которые признали вину, суд приговорил к пяти годам ограничения свободы. Двоих предпринимателей признали виновными в даче взятки, им назначены штрафы по 17 тысяч рублей. Женщина-посредница, которая передавала деньги от одной стороны другой, получила три года "домашней химии".
Как нам удалось узнать у стороны защиты, большинство адвокатов будут обжаловать приговор. В свою очередь сторона обвинения считает, что вина всех подсудимых была доказана полностью. Пока приговор в законную силу не вступил и может быть обжалован в установленном порядке.
