Как назывался суд древнем риме. Государственный суд и судопроизводство в древнем риме

Гражданский процесс Рима поэтапно прошел в своем развитии три формы: легисакционную, формулярную и экстраординарную, что до известной степени соответствует трем периодам римского государства: периоду царей и началу республики (эпоха квиритского права), периоду республики (эпоха jus gentium, т.е. "общенародного" права), периоду империи (эпоха кодификации права).

Первой формой римского процесса был легисакционный процесс, просуществовавший более пяти столетий, т.е. с 509 г. до н.э. до 120 г. до н.э., когда был издан закон Эбуция (lex Aebutia). Legis actio (иск из закона) - процессуально-правовой акт древнейшего права, был доступен только римским гражданам. На вопрос, почему процесс данного периода называется легисакционным (legis actio) юрист Гай давал двойственный ответ: либо потому, что эти формы процесса были созданы законом, либо потому, что в них претензии спорящих сторон должны быть выражены словами того дакона, на который они опираются. Ни то, ни другое объяснение Гая не может быть принято, так как трудно предположить существование в те времена такого большого количества законов, которые регулировали бы и ход производства и само гражданское производство с надлежащими подробностями. С его точки зрения, lege agere в древнейшее время обозначало просто действовать, осуществлять право законным образом в противоположность незаконному насилию. Легисакционный процесс характеризовался торжественно произносившимися формулами и символическими действиями, которыми открывался судебный спор или исполнительное производство. С помощью legis actio можно было осуществлять только притязания, непосредственно или производно основывающиеся на цивильном праве. Любое отклонение от предписанных формальностей вело к проигрышу процесса. Так, истец в обосновании своего требования должен был в точности повторить слова закона, на какой он ссылается. Если кто-нибудь, предъявляя иск, например, по поводу уничтожения виноградных лоз, называл их в иске виноградными лозами, то он проигрывал это дело, так как должен был назвать их деревьями: Законы XII таблиц, на основании которых предъявлялся иск о срезанных лозах, говорили только о срезанных деревьях. Подобные формальности первоначально знали только жрецы (понтифики). Это было обусловлено тем, что они имели образование (что было большой редкостью в те времена) и были знакомы с правом. Понтифики активно участвовали в толковании и применении норм права: составляли судебный календарь, толковали Законы XII таблиц, знали судебные формулы и помогали сторонам начать судебный спор. Они ревниво хранили свои знания как тайну, являвшуюся их монополией, пока ее не выдал Флавий. гражданский процесс рим

Легисакционный процесс представлял собой устное судебное разбирательство. Процесс всегда открывался предъявлением иска. Первоначально для этого было необходимо присутствие обеих сторон in jure, перед претором. По общему правилу, истец в целях судебного осуществления своего притязания должен был сам позаботиться о прибытии ответчика на суд. С этой целью Законы XII таблиц предоставили истцу право требовать от ответчика, чтобы он следовал за ним на суд везде, где бы истец его не встретил, за исключением дома ответчика. Эта процедура называлась in jus vocatio (торжественное устное приглашение ответчика на суд) и подразумевала в случае необходимости возможность применения силы. Ответчик должен был беспрекословно повиноваться истцу. Косарев А.И. Римское право, М., 2010, С.40 Процесс открывался по прибытии обеих сторон на суд.

Характерная черта легисакционного процесса - это деление его на две стадии: производство in jure и производство in judicio. В первой стадии, где участвовали стороны и судебный магистрат (консул, претор, префект), говорилось только о праве, и устанавливалась сущность притязания, составляющего предмет судебного разбирательства. Стороны совершали торжественные действия: истец заявлял о своем праве, ответчик оспаривал это заявление. Требования и возражения должны были быть сформулированы точно в тех словах, которые содержались в относящемся к спору законе. Присутствующий при этом претор определял дозволительность искового требования, содержание претензии, условия ее осуществимости. Претор произносил определенные формулы, предписанные процессуальным ритуалом. Если отсутствовала какая-либо законная предпосылка для предъявления истцом иска (например, данная претензия не подлежит по закону судебной защите), то претор отклонял иск.

В случае положительного решения претора стороны заключали литисконтестацию (засвидетельствование спора), которой заканчивалось производство in jure.

В римском праве существовало правило, что, если по каким-либо причинам после первой стадии, производства назначение судьи не состоялось и судебное решение не было вынесено, истец терял право в будущем предъявлять тот же иск против того же ответчика. Иск, один раз, проведенный через процедуру литисконтестации, считался навсегда уничтоженным. Поэтому, например обязательство, по которому иск был уже предъявлен in jure, оставалось навсегда лишенным исковой защиты, если истец не довел дело до конца, не добился судебного решения и взыскания по нему с должника. Во второй стадии производства дело разрешалось судьей по существу. Судья назначался либо претором, либо судебной коллегией. Задачи второй стадии процесса состояли из собирания и исследования доказательств, установления существенных для дела фактов и вынесения решения. Обе стадии этого легисакционного процесса происходили публично на площади или на форуме.

Вторая форма легисакционного процесса - производство legis actio per judicis (arbitrive) postulationem (требование о назначении судьи), О ней до наших дней дошли скудные и отрывочные сведения. Омельченко О.А. Основы римского права, М.,1994, С.107 Данная форма была введена только для некоторых личных исков, особенно, согласно Законам XII таблиц, для исков, вытекающих из вербальных контрактов (sponsio, stipulatio). Если ответчик отвергает притязания истца, то последний имеет право без всяких формальностей и процессуального денежного залога просить претора назначить судью. Из найденного в 1933 г. фрагмента работы Гая видно, что подобная форма применялась в случаях, лишь специально указанных в законе, и по такому иску магистрат назначал судью немедленно, не дожидаясь истечения установленного законом Пинария тридцатидневного срока. Скорее всего, вторая форма процесса применялась тогда, когда судье нужно было предоставить более широкие полномочия, нежели простое решение о том, кто из сторон прав. Такими, например, были иски о разделе общего имущества или об определении границы между двумя строениями. К ним относились случаи, когда нужно было оценить сумму притязания в денежном выражении.

Следующая форма легисакционного процесса - legis actio per condictionem (осуществлялась путем приглашения ответчика на суд). Она была введена на основании закона lex Silia, относящегося к 269 г. до н. э. Это была упрощенная процессуальная форма для строго односторонних требований. Суть данной формы процесса состояла в том, что после изложения сторонами in jure взаимных претензий истец предлагал ответчику, не признающему его требования, в тридцатидневный срок (die condicto (отсюда название иска) повторно явиться к претору, который должен был назначить судью. Таким образом, condictio - санкционированный договор о третейском суде.

Четвертая форма легисакционного процесса - legis actio per manus iniectionem, осуществлялась посредством наложения руки. Эта форма исполнительного производства была рассчитана на персональное принудительное взыскание, которое подробно регламентировалось Законами XII таблиц. Этот вид legis actio приводил не к постановлению решения, а к удовлетворению требования. Данная форма употреблялась для взыскания по судебным решениям, которые присуждали денежные суммы, а также по договору займа и, наконец, против ответчиков, признававших исковые требования in jure.

Пятая форма процесса - legis actio per pignoris capionem, осуществлявшаяся путем взятия залога. Это было внесудебное принудительное взыскание имущества, разрешавшееся в исключительных случаях, а именно при некоторых требованиях публичного или сакрального (религиозного) характера; при требованиях о выплате солдатского жалования, в том числе и в отсутствие должника. Последнее обстоятельство существенно отличало pignoris capio от остальных legis actiones, и это отличие заставляло уже некоторых римских юристов не признавать данную форму за легисакционный процесс. Произнеся перед свидетелями предписанную формулу, кредитор самоуправно отбирал какую-либо вещь или все вещи должника. Нерсесянц В. С. Современные исследования римского права, М., 2007, С.145

Вероятно, это делалось только для того, чтобы оказать на должника определенное давление, лишив его владения вещью. Захват совершался без участия представителя государственной власти. Данная процедура устанавливала исковое требование и могла повлечь за собой дальнейшее судебное производство, о котором не сохранилось никаких сведений. Данная форма процесса в основном использовалась солдатами для взыскания жалования с ответственных за его выплату лиц, а также денег на содержание лошади и на фураж; откупщиками для взыскания с недоимщиков податей; продавцами животных, продавших их для жертвоприношения и т.д. Процесс по системе legis actio отличался формальностью и строгостью. Один раз проигранное дело не могло возобновляться. Эта система была доступна только римским гражданам, и ее несовершенство проявлялось с развитием гражданского оборота.

Все пять форм легисакционного процесса действовали до половины периода республики. Легисакционный процесс пришел на смену кровной мести и самоуправству, сохранив черты последнего. Это касается особенно таких форм процесса, как legis actio per manus iniectionem и legis aclio per pignoris capionem. Должники были предоставлены произволу кредитора, государственная власть мало вмешивалась в гражданско-правовые отношения римских граждан и вытекавшие из них споры.

Формулярный процесс (120 г. до н.э. - конец III в.), исторически сменивший легисакционный, явился шагом вперед по сравнению с предыдущим процессом. Некоторые институты, возникшие в легисакционном процессе, в формулярном бесследно исчезли. Действовавшее ранее правило, что взыскание налагается на личность должника, в формулярном процессе уже не работало. Взыскание осуществлялось за счет имущества должника. Другие процессуальные институты, наоборот, получили свое дальнейшее развитие, претерпев значительные изменения с переходом к новой форме процесса, например, институт иска. Если смысл иска в эпоху легисакционного процесса сводился к определенной деятельности лица, выражавшейся в выполнении установленного ритуала, то в формулярном процессе он превратился в формулу, состоящую из четырех основных частей. В период действия формулярного процесса возникли такие известные современному праву понятия, как заочное решение, преюдиция, реституция, установилось правило, запрещавшее рассматривать второй раз дело по тому же иску и между теми же сторонами. Сущность формулярного процесса заключалась в составлении претором письменной формулы, содержащей указания присяжному судье о том, как надо решить спор. Судья разбирал только фактическую сторону дела, а ответственность за то, заслуживало ли данное притязание судебной защиты, лежала на преторе.

Преторы постепенно получили власть давать формулы исков не только в случаях, предусмотренных законами и обычаями, но и тогда, когда считали это необходимым (в то время как в прежнем праве это не было предусмотрено). Преторы могли отказывать в исках denegare actionem, которые хотя и предусматривались законами и обычаями, но казались претору несправедливыми. Таким образом, усилилось фактическое влияние преторов на развитие права, осуществлявшееся путем его изменения и усовершенствования. С течением времени преторская юрисдикция выработала для большинства притязаний постоянные формулы, которые доводились до общего сведения посредством эдиктов в виде формуляров (бланкетов). Рассмотрим подробнее формулу, ее составные части и виды.

Формула есть составляемая магистратом в заключение производства in jure письменная инструкция, в которой он назначал присяжного судью (номинация) и предписывал ему, каким образом разрешить спор. В этой формуле различают четыре основные части: демонстрация (demonstratio), интенция (intentio), кондемнация (condemnatio) и адъюдикация (adjudicatio) . Присутствие всех перечисленных частей было необязательным в каждой формуле.

Демонстрация - это часть процессуальной формулы, излагающей сущность искового притязания. Как указано в Институциях Гая, демонстрация - это часть формулы, которая ставилась вначале, чтобы суть спора стала ясной. В демонстрации содержится название того обязательственного отношения цивильного права, из которого возникает данная интенция. Эта часть формулы встречается, следовательно, только в обязательственных исках цивильного права с intentio incerta.

Интенция - главная часть процессуальной формулы, в которой в форме условия приведено основание иска (согласно цивильному праву или реальности, признаваемой претором) и предмет иска (точно указанный (intentio certa) или обозначенный с тем, чтобы его уточнил судья (intentio incerta)). По Гаю, интенция - часть формулы, в которой истец излагал свои требования. Интенция не могла отсутствовать ни в одной формуле, так как в ней содержится вопрос, который истец ставил на рассмотрение суда. Интенция индивидуализировала формулу и иск. Следующей частью формулы была кондемнация (соп-demnatio), которая уполномочивала судью присудить или освободить ответчика в зависимости от того, признает ли судья интенцию верной или нет. Присуждение могло выражаться только в определенной денежной сумме (condemnatio pecuniaria), которая указывалась в формуле прямо (condemnatio certa) или косвенно (condemnatio incerta). В последнем случае судья должен был сам оцепить предмет иска в деньгах до какого-то предела (condemnatio cum taxatione) или без подобного ограничения (condemnatio infinita).

Наконец, в исках о разделе общего имущества помимо перечисленных частей помещали еще четвертую - адъюдикацию - часть процессуальной формулы, которая уполномочивает судью самостоятельно регламентировать спорные правоотношения сторон, в частности, присудить одной стороне неделимую вещь, а другой - денежную компенсацию, или произвести раздел спорного имущества. Как писал Гай, адъюдикация - это часть формулы, уполномочивающая судью присудить вещь одной из сторон. Данная часть формулы встречалась только в исках о разделе общего имущества: о разделе общей собственности; о разделе наследства между несколькими наследниками; о восстановлении границы между двумя смежными участками.

Кроме четырех перечисленных составных частей формулы, в ней могли быть и другие части, такие, как прескрипция (praescriptio) и эксцепция (exeptio).

Прескрипция располагалась перед интенцией, но после назначения судьи. Прескрипция - это отрицательное условие, расположенное в формуле перед интенцией, которое ограничивает в пользу истца предмет спора, а в пользу ответчика (если это условие окажется правдивым) уничтожает литисконтестацию.

Эксцепция (exceptio) - такая вставка в формулу, посредством которой судью обязывали учитывать определенные побочные обстоятельства, указанные ответчиком в этой части формулы. Если эти обстоятельства подтверждались, то судья вопреки верности интенции должен был освободить ответчика. По существу эксцепция являлась особым способом процессуальной оговорки, которой ответчик отрицал наличие права истца вообще (защита) или, по крайней мере, свою обязанность исполнять обязательство в настоящее время (возражение). Основанием для эксцепции служили известные факты, уничтожавшие иск или ограничивавшие его. Формулярный процесс по-прежнему делился на две стадии: производство in jure u in judicio и носил название нормального, обычного процесса (ordo judiciorum privatorum). Производство in jure, имевшее цель дать юридическую квалификацию спора, происходящему между сторонами, в Италии продолжали осуществлять те же магистраты, что и раньше, а именно: в Риме - преторы и курульные эдилы (по рыночным делам), в муниципиях - местные магистраты (с ограниченной компетенцией).

В провинциях гражданское судопроизводство находилось в руках правителей, которым в сенатских провинциях помогали квесторы.

Третья форма римского гражданского процесса - экстраординарный процесс. Экстраординарное производство стало закономерным этапом эволюции римского процесса. В результате совершенствования форм гражданского процесса римская юриспруденция пришла к созданию экстраординарного процесса, положившего начало процессу современному. В экстраординарном процессе меняется процедура вызова в суд, приобретая официальный письменный характер. Формула уходит в прошлое, а иск превращается в жалобу истца, заносимую в протокол суда. Решение в экстраординарном процессе является приказом государственной власти и забота об его исполнении лежит теперь не на истце, а на суде.

Именно в экстраординарном процессе исполнительное производство принимает тот вид, который оно имеет в современном процессе. Вводится письменность, процесс становится платным. Формулярный процесс - традиционный гражданский процесс не только в конце республики, но и в течение всего периода принципата. Однако с установлением империи наряду с этим процессом (ordo judiciorum privatorum), предполагавшим разделение производства по делу на две стадии, развивается экстраординарный процесс (cognitio extraordinaria), не знающий подобного разделения. Постепенно экстраординарный процесс вытесняет формулярный, и к началу периода абсолютной монархии становится единственным. Данный процесс был сокращенным производством без соблюдения всех формальностей предыдущей формы процесса. Дословно производство extra ordinem означает производство "вне очереди". Дела, поступавшие на обсуждение extra ordinem, не были связаны временем и очередью, установленной для разбора остальных дел (ordo judiciorum). Еще во времена легисакционного процесса встречается первое упоминание о процессе, носящем черты экстраординарного. Когда лицо не находило себе защиты в цивильном праве и в различных формах обыкновенного гражданского процесса, оно могло обратиться к магистрату с просьбой защитить его административными мерами власти.

Уже в эпоху принципата экстраординарное производство полностью вытесняет формальный процесс. Начинается это в провинциях, где правители постепенно привыкают разбирать все дела самостоятельно или при помощи особых делегатов, взятых не из числа присяжных, а преимущественно из адвокатов (judices pedanei). Co временем этот обычай распространился и на Рим. Конституция Диоклетиана 294 г. провозгласила окончательный переход от формулярного процесса к экстраординарному. В Конституции император указывал на то, что правители провинций чрезмерно злоупотребляют передачей всех судебных дел на рассмотрение низшим чиновникам, и предписывал им лично решать все дела, за исключением случаев их особой занятости. В Конституции нет никаких упоминаний о формулярном процессе.

Проведенная Диоклетианом реформа местного управления довершила дело постепенного вытеснения старого формулярного процесса. Вся территория государства была разделена на новые провинции, причем исчезло различие между императорскими и сенатскими провинциями. Во всех провинциях управляли императорские наместники. В самом Риме произошло перемещение юрисдикции: судебные функции окончательно перешли из рук преторов в руки префектов. С установлением империи экстраординарный процесс начинает применяться также в делах, вытекающих из правоотношений, получивших судебную защиту лишь в императорскую эпоху, например споры о гонораре.

Характерной чертой экстраординарного процесса является совмещение судебных и административных функций в руках одного и того же магистрата. Замена формулярного процесса экстраординарным привела к коренному изменению многих принципов, характерных для двух предыдущих форм процесса. В экстраординарном процессе в отличие от предыдущих форм гражданского процесса был ограничен принцип публичности. Судебные заседания проходят закрыто. Присутствовать на них могут только помощники судебных магистратов и сторон, а также особо почетные лица, по положению своему имеющие доступ на суд.

Все происходящее в суде заносилось в судебный протокол, и таким образом развивалась письменность в производстве. Вводилась система вознаграждения канцелярского персонала суда. Процесс перестал быть бесплатным. Стороны должны были вносить судебные пошлины на покрытие судебных издержек и т.д. Однако гражданский процесс сохранял состязательную форму и диспозитивность, т.е. дело начиналось по просьбе истца, суд сам не собирал доказательств, не присуждал больше, чем просил истец. В экстраординарном процессе впервые вводится апелляция (appellatio, provocatio). Сторонам предоставлялась возможность апелляции на решение судьи в определенные инстанции вплоть до самого императора. Стороны могли неоднократно апеллировать в высшую инстанцию на решение низшей инстанции. Салогубова Е.В. Римский гражданский процесс, М., 2009, С.233

Апелляция - просьба, с которой лицо после вынесения судебного решения обращалось в вышестоящий суд, требуя пересмотра и решения того же дела. Апелляция могла приноситься на частные решения и решения, вынесенные по существу дела. Право на апелляцию принадлежало не только сторонам, но и каждому заинтересованному лицу. Подача апелляционной жалобы совершалась устно или письменно (libelli appellatorii) в течение двух дней, если апелляция касалась своего дела, и в течение трех дней - чужого.

Римляне создали классическую систему права, ставшую всемирной. Она пережила Рим, продолжая действовать в феодальной, а затем и в буржуазной Западной Европе. Это не было простой случайностью. Римскому праву присущи ясность аргументации, детализация должного поведения, точность формулировок, высокая юридическая техника.

ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………………3
1. Правосудие в Древнем Риме……………………………………………5
2. Процессуальное представительство в римском праве……………….12
ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………….…..19
СПИСОВ ИСПОЛЬЗОВВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ…………….……..22

Работа содержит 1 файл

ВВЕДЕНИЕ…………………………………………… ……………………3

1. Правосудие в Древнем Риме……………………………………………5

2. Процессуальное представительство в римском праве……………….12

ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………… ……………….…..19

СПИСОВ ИСПОЛЬЗОВВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ………… ….……..22

ВВЕДЕНИЕ

Римляне создали классическую систему права, ставшую всемирной. Она пережила Рим, продолжая действовать в феодальной, а затем и в буржуазной Западной Европе. Это не было простой случайностью. Римскому праву присущи ясность аргументации, детализация должного поведения, точность формулировок, высокая юридическая техника.

Своим развитием право обязано римским юристам, авторитет которых в обществе был высок. Признавая противоречия между правом и нравственностью, они не проводили границ между ними, стремились к тому, чтобы их нравственные воззрения непосредственно воплощались в форму положительного права, а применение всякого закона сопровождалось дополнительными соображениями справедливости. Что казалось им хорошим и справедливым, должно было стать законом.

Изречения знаменитых юристов приобрели такой авторитет, что на них стали смотреть как на источник права. Римская мысль, глубоко осознав важность правосудия, много внимания уделила проблемам его организации. То же можно сказать и о научной юриспруденции, которая вырабатывалась в связи с искусством пользоваться правом. Римское право в значительной мере формировалось в судах или около судов, в результате решений, консультаций, данных по просьбе сторон или по поручению суда. Благодаря тонкому пониманию того, что нужно для успеха правосудия, римские юристы выработали много ценных правовых формул.

В последние годы в юридической литературе значительное место отводится вопросам, касающимся преобразования института представительства, в частности адвокатуры. Перед современной российской адвокатурой сегодня стоят острейшие проблемы, связанные с организацией ее деятельности. Одна из главных проблем состоит в том, будет ли адвокатура находиться под контролем исполнительной власти или останется самоуправляемой ассоциацией.

Изучив вопросы о том, как возник институт представительства, какое место в нем занимала адвокатура, и какие изменения она претерпевала в древности, мы сможем, основываясь на историческом опыте и используя мировую практику, решать вопросы преобразования современной российской адвокатуры.

Институт процессуального представительства имеет свои корни в римском праве.

Современные юристы привыкли к представительству и не задумываются над тем, каким долгим был его путь. Долгое время в юриспруденции господствовала концепция индивидуализации юридических действий личностью их субъекта. Поэтому в Риме стороны в гражданском процессе долго не могли возлагать на третьих лиц защиту своих интересов. Необходимо было личное присутствие сторон.

1. ПРАВОСУДИЕ В ДРЕВНЕМ РИМЕ

Возникнув как государство-город, древнеримское государство за более чем тысячелетнюю историю своего существования превратилось в громадную мировую державу.

В царский период (754–510 гг. н. э.) во главе римской общины стоял избираемый народным собранием и утвержденный сенатом царь (рекс), который обладал военными, жреческими (сакральными) и судебными полномочиями. Он вершил суд по делам об измене, мятеже и другим публичным преступлениям. Однако царская власть в сфере судебной была ограничена: каждый римский гражданин имел право апеллировать к народному собранию на вынесенный приговор.

Судебный процесс мог быть или государственным, или частным, в зависимости от того, возбуждал ли его царь по собственной инициативе или по просьбе обиженного.

Органом управления римской общины был совет старейшин – сенат – в составе 300 человек. Как родовые старейшины они назывались «отцами». Наиболее важные вопросы рассматривались на народном собрании. Они созывались по куриям (куриатные комиции), каждая из которых имела один голос. Существовали трибутные, а затем и центуриатные собрания (комиции). Народное собрание принимало и изменяло законы, объявляло войну, избирало царя и было высшей судебной инстанцией по жалобам римских граждан на приговор царя.

Древние римляне, как и все индоевропейские народы, обожествляли благодетельные и враждебные силы природы, уважали своих богов и боялись их. Большую роль у них играли жреческие коллегии авгуров, понтификов и фециалов. Авгуры толковали волю, «язык» богов на основании наблюдений за полетом, криком вещих птиц, за природными явлениями и т. д., как знамениями богов, и давали заключения о целесообразности намеченных мероприятий.

Понтифики ведали общегосударственными религиозными обрядами и другими вопросами сакрального (священного) права, составлением судебных календарей, содержащих перечень дней, пригодных для общественных дел, списков консулов, записями важнейших событий. Именно они были первыми римскими юристами, выработавшими ряд процессуальных формул, составлявших основу римского судопроизводства. Фециалы ведали международными отношениями.

С изменением политического устройства, последовавшего с прекращением власти царей, изменилось и судоустройство.

Период республики (510–27 гг. до н. э.) был периодом превращения Рима в мировую державу, создания римского права, оказавшего огромное влияние на правовое развитие Западной Европы. В этот период достигла расцвета такая замечательная судебная организация, как суд квестий (комиссий), тесно связанная с системой новых органов государства республиканского Рима. К их числу относятся прежде всего народное собрание (центуриатные, трибутные и куриатные комиции), сенат и магистратура.

Компетенция центуриатных собраний – принятие законов, избрание высших должностных лиц республики (консулов, преторов, цензоров), объявление войны и рассмотрение жалоб на приговоры к смертной казни.

Трибутные комиции избирали низших магистратов, плебейского трибуна, рассматривали жалобы на приговоры о взыскании штрафов. Куриатные собрания формально вводили в должность лиц, избранных другими собраниями.

Консулы были облечены высшей властью – империум (imperium), полномочия которых включали, в частности, право высшей гражданской и уголовной юрисдикции, а также вносить дополнения и изменения в законы.

Поскольку за многообразием государственных дел консулы не могли в полной мере отправлять судебные полномочия, в 367 г. до н. э. в помощь им была учреждена должность претора, ведущего судебные процессы по гражданским делам на основании издаваемого им самим эдикта. С 242 г. до н. э. стали избираться два претора – один ведал судебными процессами среди римских граждан, второй – среди чужестранцев. Подобная политика была обусловлена расширением территории Римского государства. Преторы сыграли исключительно важную роль в развитии римского права. Затем их число увеличилось до восьми.

Наряду с консулами и преторами высшей властью обладал и диктатор, назначаемый в особых случаях консулом по поручению сената, сроком на шесть месяцев. Его власть была неограниченной.

В систему магистратуры входили также цензоры, эдилы, квесторы и народные трибуны.

Два цензора, избираемые сроком на пять лет, наряду с составлением списков граждан по имущественному цензу осуществляли надзор за нравами, подвергали высших сановников республики и граждан наказаниям за безнравственное поведение, судили воина за трусость на войне, гражданина – за продолжительную холостую жизнь.

Народные (плебейские) трибуны защищали интересы плебеев против произвола властей. Избираемые плебеями из своей среды, они, облеченные особой неприкосновенностью, могли приостанавливать решения магистратов (исключая диктатора) и сената, а также благодаря праву «вето» исключить или прекратить преследование.

Уже в VIII в. до н. э. обозначилась коренная черта римского процесса – разделение его на подготовительный (in jure) процесс и судебное разбирательство (in judicio). На первой стадии претором определялась правомерность иска и формулировалась сущность спора между сторонами. Выслушав мнение истца и ответчика, он, если они достигали согласия, мог передать дело в стадию судебного разбирательства. В особой записке судье претор излагал юридическую сущность спора в виде формулы (отчего и сам процесс назывался формулярным), за рамки которой судьи и стороны выходить были не вправе.

В республиканский период народное собрание из инстанции, осуществляющей помилование, превратилось в апелляционную. Если осужденный магистратом после опроса обращался к народу, судья публично производил дополнительное судебное следствие, и если повторял свой приговор на трех публичных разбирательствах, то в четвертом заседании народное собрание или утверждало, или отменяло приговор, но не могло смягчить его.

Наряду с магистратами и назначаемыми по их усмотрению судьями органами по рассмотрению преступлений были и народные собрания.

Конечно, суд, в котором участвовало много граждан, был неудобен. Поэтому в 149 г. до н. э. стали создаваться постоянные комиссии-квестии (первоначально ее членами были сенаторы) для рассмотрения дел о взятках и вымогательствах должностных лиц.

Квестии, возглавляемые преторами, рассматривали только публичные преступления. В каждой из них насчитывалось от 32 до 75 присяжных. Ими не могли быть лица моложе 30 лет и старше 60, состоявшие в должности трибуна, квестора, живущие вне Рима и его окрестностей, обвиняемые по суду в преступлениях, а также женщины и рабы.

Римский процесс, гласный и открытый, был не розыскным, а состязательным. Уже в силу этого он был идеалом правосудия. Обвиняемый до вынесения приговора пользовался полной свободой. С точки зрения римлян, заключение под стражу обвиняемого поставило бы его в полную зависимость от обвинителя.

Состязание между обвинением и защитой могло начаться до суда. Для этого сторонам требовались юридические познания и адвокатские способности. Содействие адвокатов требовалось на всех стадиях процесса – от вчинения уголовного иска (обвинения) до последнего слова в заключительном состязании сторон. Это и обусловило возникновение римской адвокатуры. Уже в V в. до н. э. после принятия законов 12 таблиц преторы в предварительной стадии процесса стали допускать в процесс сведущих или влиятельных людей, выполнявших роль юристов-советников. Ими могли быть родственники и друзья. В то же время возникло правоведение, благодаря изучению которого римляне скоро сделались знатоками своего древнего закона.

Во времена республики были выработаны и закреплены преторским эдиктом условия, исключающие занятие адвокатурой.

Так, не могли вести ни чужих, ни своих дел, а должны были брать себе адвоката: несовершеннолетние, т. е. лица, не достигшие 17 лет; глухие, ввиду того, что не могли слышать распоряжения суда. При отсутствии у них адвоката претор сам назначал им его. Вторая категория состояла из лиц, которые могли вести только свои дела: слепые на оба глаза, женщины, лица, способные выступать за своих родителей, детей, патронов, супругов, вольноотпущенников, родственников, свойственников и тех над которыми они состояли опекунами и попечителями.

Первым актом судебного процесса было формирование состава суда с участием обеих сторон. Как заметил Цицерон, никто не может быть судьёй своего ближнего иначе как с согласия обеих сторон.

Обвинитель и обвиняемый выбирали число судей (от 32 до 75, а чаще 51).

Рассмотрение дела по существу начиналось с выслушивания обвинителя. Затем выступал защитник обвиняемого.

Юриспруденция и судебное красноречие у римлян, открывавшие блестящий путь к славе, занятию высших государственных должностей, пользовались величайшим почетом. Уже в I в. до н. э. ораторское искусство приобрело значение высшей образовательной цели.

Но вернемся к судебному процессу. После окончания речей следующую часть процесса составляла проверка доказательств, к числу которых относились показания свидетелей, документы и другие материалы. Не могли быть свидетелями лица, осужденные по судебному приговору, обвиняемые в преступлении, женщины легкого поведения, малолетние, клиенты против своего патрона, нисходящие против восходящих и защитники обвиняемого.

После допроса свидетелей в защиту подсудимого выступали лаудаторы, которые ничего не могли показать по существу дела, а только дать благоприятный отзыв о его прошлой жизни, его нравственных качествах. Обычай требовал, чтобы их число было не менее десяти. После допроса свидетелей, проверки всех доказательств начинался спор ораторов сторон, имеющий решающее влияние на исход процесса.

По окончании судоговорения приступали к голосованию, которое до последних дней республики было открытым. Но уже во времена Цицерона допускалась и закрытая подача голосов, при которой, по его словам, было меньше осуждений.

В Древнеримском государстве системы судебных органов не существовало. Их число, структура и компетенция подвергались изменению в зависимости от периода времени. Лица, осуществляющие судебные функции, также занимались политической деятельностью, администрированием и пр.

В VIII–VI в. до н. э. органами управления Римской империи являлись Народное собрание, сенат и император. Народное собрание и император осуществляли некоторые судебные функции, о содержании которых в настоящее время ничего не известно. В VI в. до н. э. с образованием Римской рабовладельческой республики появились магистратуры, которые выполняли ряд судебных функций. Судебные функции осуществляли следующие магистраты: народные трибуны, преторы и диктаторы.

Народные трибуны были наделены правом по своему усмотрению арестовывать любого человека и производить его допрос.

Претор производил процессуальные действия, а в некоторых случаях выступал в роли судьи. Преторы осуществляли толкование законов. Судебная власть принадлежала диктатору в период установления диктатуры. Диктатор мог выносить любые решения, причем данные решения не подлежали обжалованию.

В конце I в. до н. э. в Древнем Риме существовала военная диктатура, при которой изменились правомочия некоторых органов и должностных лиц. Так, при Сулле роль Народного собрания была значительно снижена, а Сенат приобрел ряд полномочий в области судопроизводства.

Судебный процесс Древнего Рима четко разграничивался на уголовный и гражданский. Гражданский процесс делился на две стадии – «jus» и «iudicium».

В первой стадии процесса (in iure) в случае признания иска ответчиком дело рассматривалось окончательно до вынесения приговора. При наличии спорных обстоятельств в первой инстанции дело подготавливалось к решению, а проверка обстоятельств дела и вынесение решения по нему осуществлялись в суде второй инстанции (in iudicto).

Производство в суде первой инстанции осуществлялось сначала перед консулом, а затем перед претором. Производство в суде второй инстанции осуществлялось в зависимости от обстоятельств дела коллегией центумвиров, коллегией децимвиров, коллегией рекуператоров, присяжными заседателями или арбитрами.

Древние формы процесса назывались «Legis actiones», что обозначало «действие законным образом».

На любых стадиях при любой форме процесса явка сторон была обязательна. Ответчика или его поручителя приводил истец. Если ответчик не возражал, то производство заканчивалось в первой инстанции. В том случае, если истец не являлся на судебное заседание, дело прекращалось. Повторная подача иска по одному делу не допускалась.

Введение

В нашей стране система права строится по образу романо-германской правовой семьи, которая предполагает слияние двух правовых систем, но изначально строится на рецепции римского права, которое в свою очередь изучается мною в рамках учебной программы.

Одним из элементов римского права безусловно являются виды его процессов, которые можно назвать некой отправной точкой не только для формирования судебной системы Рима, но так же и отправной точкой в формировании российской судебной системы.

Актуальностью выбранной мною темы является её значимость в познании римского права как учебной дисциплины, которая изучается мной в рамках подготовки к специальности юриспруденция, а так же можно выделить необходимость познания формулярного процесса, для уточнения корней российской судебной системы, которая в рамках романо-германской правовой семьи неизбежно вытекает из римского права.

На мой взгляд данная тема не является до конца разработанной, так как ей посвящено небольшое количество научных работ и они не являются исчерпывающими по своему содержанию.

Целью моей работы является изучение формулярного процесса в римском праве с той полнотой, которую позволят выбранные мною источники. А так же необходимо понять его место в судебной системе Рима.

Для осуществления своей цели я ставлю следующие задачи:

Ознакомиться с судебной системой Древнего Рима;

Подробно изучить формулярный процесс и его стадии;

Понять значение формулярного процесса в судебной системе Древнего Рима.

Объектом исследования данной работы является судебная система Древнего Рима, а предметом будет являться значение формулярного процесса в формировании данной судебной системы.

Основным методом моего исследования будет являться метод индукции, благодаря которому я и смогу осуществить последнюю из поставленных мною задач.

Нормативную базу исследования составило действующее законодательство Российской Федерации, а так же законодательство Древнего Рима, теоретическую базу составили труды таких авторов как Новицкий И. Б, Рябова А. С, Слипченко С.А. Смотров О. И, Санфилиппо Ч. Васильева Т. Г, Пашаева О. М.

Судебная система Древнего Рима

Возникновение государственного суда в Древнем Риме

Римские граждане на определенном этапе своего исторического развития, подобно другим народам нашей планеты пережили такой период, когда не существовало государственного органа, вершившего правосудие над нарушившимися право общины. В такой период имела место частная расправа над правонарушителем. Каждый, считавший неправомерно нарушенным свое право, расправлялся с обидчиком собственными силами и силами своей семьи (саморасправа). По мере развития общества такая форма борьбы с нарушением прав стала нетерпимой.

Но переход от частной саморасправы к возникновению государственного суда произошел не сразу, а постепенно. Посредствующими этапами явились: система регламентации частной расправы путем установления определенного порядка применения насилия к обидчику; далее, система выкупов (добровольных, а затем обязательных); наконец, передача дела защиты прав органам государства. Новицкий И.Б. Римское частное право М. 2012 с. 40.

Римское право было достаточно развито для того времени, но в нем сохранились некоторые черты первоначальной эпохи саморасправы, так например самозащита (самоуправное отражение насилия, угрожающего нарушением права), являлась дозволенной и, таким образом она могла, предупреждать нарушение права. При нарушении права запрещается применять силу для его восстановления, другими словами, самоуправно восстанавливать нарушенное право запрещалось (самопомощь допускалась за редкими исключениями, например, если непринятие немедленно необходимых мер могло повести к значительным потерям; или если должник пытался сбежать от кредитора, кредитору дозволялось его догнать и силой заставить уплатить долг. За недозволенное самоуправство применялись неблагоприятные последствия: по декрету Марка Аврелия кредитор, захвативший вещи должника для удовлетворения своего права требования, должен эти вещи вернуть; вместе с тем он утрачивает свое право требования.

Другим законом (конца 4 в. н.э.) установлено, что лицо, насильственно захватившее свою вещь у фактического владельца, лишается права собственности на эту вещь и должно ее вернуть тому, у кого она находилась во владении, а если выяснится, что в действительности захватчик и не имел на данную вещь права собственности, он должен был не только вернуть вещь, но и уплатить ее стоимость лицу, у которого вещь была захвачена.

За исключением указанных чрезвычайных случаев самозащиты, защита прав от нарушений передается специальным (судебным) органам государства. Суд становится орудием классового принуждения и проведения в жизнь интересов господствующего класса. Там же. с. 42.

В соответствии с различием публичного и частного права различались суд по делам, непосредственно нарушающим интересы государства и гражданские суды по делам о частных правах граждан.

О судебном процессе Древнего Рима сохранилось мало исторических данных. Вообще существующие истори­ческие сведения по истории римского государства и права относятся к сравнительно более позднему периоду общественного развития. Так, о существовании у римлян присущего всем народам в период господ­ства родовых отношений института кровной мести можно заклю­чить лишь по некоторым, отдельным проявлениям его пережит­ков. Отчасти именно поэтому так ограничены известия о догосударственном периоде римской истории, и поэтому же предания переносят в древнейший, догосударственный царский период отношения и институты, свойственные более поздним периодам. Это также следует помнить, обращаясь к конкретным историческим событиям и их традиционному юридическому истолкованию. Ведь именно в таких событиях слышится отголосок древней кровной мести, согласно которой умерщвле­ние убийцы и его укрывателя разрешается ближайшим род­ственникам убитого, но те же самые события отзываются об этом принципе, как о достойном порицания. Вот как описывает Плутарх смерть царя Тация: родственники Тация убили лаврентинских послов; Таций отказал родственникам убитых в удовлетво­рении; тогда родственники убитых умертвили Тация; Ромул оправдал убийцу Тация, потому что одно убийство было отпла­той за другое. Но в силу божеского приговора, состоявшегося одновременно и над Римом и над Лаврентом, и те и другие убийцы были подвергнуты заслуженному наказанию. Воспроиз­ведя эту легенду, историк римского права Моммзен правильно указывает, что в основе ее заметна тенденция изобразить в виде исторического факта запрещение кровной мести и что, по-видимому, кровная месть очень рано исчезла в Риме благодаря правовому урегулированию государства. Действительно, Законы XII таблиц сохраняют принцип талиона лишь при телесных повреждениях и то только тогда, когда стороны не договорятся о штрафе в пользу потерпевшего, причем штраф уже и в этом случае признается официальной заменой частной расправы.

О существовании кровной мести в древнейшем Риме говорят также сохранившиеся остатки более широкого института взаим­ной защиты всех членов рода, одной из сторон которого является кровная месть. Так, когда Аппий Клавдий был арестован, весь его род облекся в траур, даже те, кто были его личными вра­гами. Во время второй Пунической войны (218-201 гг. до н. э.) роды объединялись для выкупа своих пленных сородичей, но (что весьма характерно) сенат запретил им это.

Сравнительная история Древнеримского права и данные о древнейшем быте римлян позволяют предполагать, что в отдаленные времена в Риме существовали судебные поединки и судебные испытания (ордалии). Однако, как и в древней Греции, эти институты не получили в Риме развития, и полные исторические сведения о них до нашего времени не дошли. Суд в царский период уже прочно захватила в свои руки родовая знать. Вся судебная власть сосредоточилась в руках царя, который отправлял суд в присутственные дни на судном месте на Сборной площади. Суд происходил публично при боль­шом стечении народа. Царь сидел в колесничном (курульном) кресле (sella curulis ) (это название (колесничное кресло) объяс­няется тем, что царь имел право ездить по городу в колеснице и что пока не существовало никакой высокой трибуны он чинил суд в комициях или где было ему угодно с колесницы). Тот факт, что суд происходил на Сборной площади, обычном месте народных собраний, косвенным образом указывает на то, что в более ранние времена прерогатива суда принадлежала народному собранию. Подле царя стояли его вестники (ликторы), а перед ним обвиняемые или тяжущиеся.

Несмотря на то, что рабство в этот древнейший период еще носило следы патриархальных отношений, царь судил только свободных граждан; право суда над рабами, включая право над их жизнью и смертью, принадлежало их господам. При этом обвинение носило частный характер, но по важнейшим делам, затрагивающим публичные интересы (так называемым delicta publica ), в отличие от delicta privata (дел, затрагиваю­щих частные интересы), царь сам возбуждал обвинение и требо­вал виновных к суду. В этих случаях процесс назывался государственным (в отли­чие от частного). Государственный процесс проводился по делам о преступле­ниях, непосредственно посягавших на общественный порядок или представляющих серьезную угрозу для него. Сюда относились государственная измена или сообщество с неприятелем (prodicio ) или соединенное с насилием сопротивление властям (ре duellio ). Нарушителями общественного спокойствия считались также злостный (умышленный) убийца (parricida ), мужеложец, оскор­битель женской чести, поджигатель, лжесвидетель и тот, кто магическими заклинаниями уничтожал посевы или похищал хлеб с полей, оставленный под охраной богов и народа. Сюда же законы XII таблиц относили «сочинителей стихов», понимая под ними, по-видимому, авторов политических памфлетов, направленных против власти аристократии.

Царь вызывал в установленном процессуальном порядке и выслушивал стороны. Он же постановлял приговор, предварительно выслушав мнения приглашенных со­ветников из числа сенаторов. При этом царь не всегда до конца руководил ходом процесса, он мог назначить заместителя или двух заместителей из числа сенаторов, которые разбирали дело и выно­сили приговор. Назначение позднейших коллегиальных заместителей для постановления приговора по делам о государственной измене (duoviri perduellionis ) и постоянных заместителей, проводивших предварительную досудебную подготовку и собирание доказа­тельств по делам об убийствах (questores parricidii ), хотя и не относится, по мнению большинства исследователей, к царской эпохе, но, как справедливо полагает Моммзен, примыкает к не­которым ее учреждениям. В государственном процессе обвиняемый до суда обычно подвергался аресту, но мог быть отпущен на поруки. Царь сам принимал меры к розыску и доставке на суд обвиняемого. В частном процессе об этом должен был заботиться сам обвинитель. Пытке подвергали только рабов. Уличенные в нарушении общественного спокойствия приго­варивались к смерти. При этом смертная казнь была очень разнообразна: лжесвидетеля сбрасывали с крепостной скалы, похитителя жатвы казнили на виселице, а поджигателя - на костре. Царь не имел права ни пересмотреть, ни смягчить свой при­говор, Это право принадлежало народному собранию. Но царь мог разрешить или не разрешить обвиняемому ходатайство о помиловании (provocatio ). Таким образом, народное собрание еще сохранило по отношению к царю присущий военной демократии характер высшего органа. Ход процесса в древнейшем Риме, как можно предположить, имел много общего с последовавшим за ним процессом первого периода республики, сведения о котором полнее и достовернее. Поэтому процессуальные особенности древнего суда будут рассмотрены нами при изложении судебной юрисдикции первых консулов - преемников царской власти и суда в народном собрании по центуриям и территориальным трибам, заменившим суд в народном собрании по родовым трибам.

Следует подчеркнуть, что Римский уголовный процесс - это процесс для сравнительно незначительного числа римских граждан - квиритов; громадные массы рабов, подданных и союзников Рима, число которых во много раз превосходило число римлян, судились иным упрощен­ным путем, а с рабами, как видно из изложенного, нередко рас­правлялись и вовсе без суда. После свержения власти царей их судебная компетенция перешла к республиканским магистратам и прежде всего к двум консулам. Однако консулы унаследовали судебную власть царей не в полном объеме, а с некоторыми ограниче­ниями. Так, царь мог разрешить и не разрешить апелляцию к народному собранию. Консулы же, в силу Валериева закона (509 г. до н. э. lex Valeria de provocatione ), обязаны были допу­стить апелляцию на всякий приговор, присуждающий римского гражданина к смертной казни, телесным наказаниям и штрафу, превышающему определенный предел, если только этот приговор был вынесен не по военным законам. Поэтому всякий раз, когда консул действовал в качестве судьи, а не в качестве военачальника, ликторы откладывали в сторону свои секиры, служившие символом того, что консул имел право карать смертной казнью. Кроме того, будучи постоянно заняты многообразными государствен­ными делами, консулы, как правило, не отправляли правосудие сами, а делегировали свои судебные полномочия судьям, кото­рых назначали по своему выбору. К числу таких судей принадлежали уже упомянутые выше два судьи по делам о восстаниях и о государственной измене (duumviri perduellionis ) и два судьи по делам об убийствах (questores parricidii ), которые по поручению консула произво­дили и предварительную подготовку дела, включающую некото­рые следственные действия по обеспечению доказательств. Почти все магистратуры в Риме были организованы коллегиально: два консула, два, а потом и более преторов и т. д. «Эта коллегиальность, однако, не обозначает того, что все однородные магистраты должны действовать совместно, как коллегия, они являются не коллегией, а коллегами. Каждый магистрат действует отдельно и самостоятельно - так, как если бы он был один; каждому из них в отдельности принадлежит вся полнота соответствен­ной власти. Но рядом с ним такая же полнота власти принадлежит другому, и в случае желания этот другой своим вето может парализовать любое рас­поряжение первого. В этом состоит сущность так называемого jus interces - sionis (И. А. Покровский, История римского права, стр. 73-74).

Назначение судей, по-видимому, процессуально происходило, когда они рассматривались как заместители царя в процессе, но по­стоянный характер последнего из названных судов и проведен­ный в этих судах принцип коллегиальности относится, во всяком случае, ко временам республики. Судьи назначались консулами при вступлении в должность, и полномочия их прекращались одновременно с окончанием пол­номочий консулов. Однако, поскольку консулы нередко сами вели важнейшие процессы, а коллегиальные судьи выбирались ими по их усмотрению и компетенция этих судей проистекала от компетенции консулов, можно полагать, что судьи, в наиболее важных случаях докла­дывали консулам ход дела в процессе его предварительной под: готовки. Однако вынесенный ими приговор считался приговором кон­сула, и последний уже не мог ни изменить, ни отменить его. Итак, консулы могли поручить своим судьям рассмотрение дела и вынесение приговора. Но принять обвинение и дать ход делу они были обязаны лично. Созданные плебсом в противовес первоначально исключи­тельно аристократическим консулам народные трибуны, в силу принадлежавшего им права veto, могли не допустить или прекра­тить возбуждение уголовных процессов, арест находящихся под следствием обвиняемых и т. п. Для того чтобы всякий римский гражданин мог всегда при­бегнуть к заступничеству трибуна, было постановлено, что три­буны не имеют права ночевать вне города и что двери их дома всегда, днем и ночью, остаются открытыми для всех. Следует отметить, что народный трибун мог наложить veto не только на решение отдельных маги­стратов, но и на решение общины. Для того чтобы придать вла­сти трибунов исключительную силу, было постановлено, что любое сопротивление трибуну будет наказываться смертной казнью. При этом Трибун мог привлечь к ответственности всякого гражданина, в том числе и состоящего в должности консула, а если бы этот последний не подчинился трибуну, он мог приказать схва­тить его, подвергнуть следственному аресту и приговорить к наказанию до смертной казни включительно. Для этой цели прежде всего для производства арестов одновременно с народными трибунами избирали двух народных эдилов, которым так же, как и трибунам, была гарантирована личная неприкосновенность поголовной клятвой плебеев. Сверх того, эдилы были подобно трибунам наделены самостоятельной судебной властью по менее значительным поступкам, караемым денежными штрафами. В этом отношении компетенция трибунских эдилов была параллельной компетенции консульских квесторов.

Апелляция на приговор народного трибуна или эдила рас­сматривалась не всем гражданством, а всем плебейститом, соби­равшимся по куриям и выносившим окончательное решение по большинству голосов. Эта юрисдикция носит отпечаток ожесто­ченной борьбы сословий и заключенного в ходе этой борьбы ком­промисса между патрициями и плебеями, результатом которого было учреждение народного трибуната. Следует подчеркнуть, что юрисдикция трибуна была особенно чувствительна для магистратов, которые во всех иных случаях могли быть привлечены к суду только по оконча­нии срока их полномочий, причем судили их лица одного с ними сословия, трибуны могли привлечь их к суду и во время отпра­вления должности и притом к суду плебейства. Консулам и трибунам принадлежала, по выражению Моммзена, полная и конкурирующая уголовная юрисдикция, хотя первые пользовались ею через посредство других лиц, а послед­ние - непосредственно; как при первых состоял два квестора, так и при вторых состояли два эдила. Причем по отношению к консулам трибунат был чем-то вроде кассационного суда, стеснявшего произвол магистратуры». Наряду с магистратурой судебная власть после отречения или изгнания царей принадлежала также сенату. Также в силу своей административ­ной власти сенат разбирал дела, касающиеся провинций и коло­ний, судил непослушные города, принимал жалобы подданных и союзников на притеснения римских наместников и легатов. Нако­нец, сенат разбирал все дела о преступлениях по долж­ности. Этот порядок судопроизводства продержался до Суллы. При разборе дел сенат действовал или in corpore - в полном составе, или образуя комиссию из своих членов.

Таким образом, сословные распри и борьба партий создали в Риме конкурирующую в первой инстанции юрисдикцию всех должностных лиц. Следует иметь в виду, что не только народ­ные трибуны могли наложить veto на приговоры любых маги­стратов, но также второй магистрат мог приостановить испол­нение приговора своего собрата и перенести дело в народное собрание. Так, консул мог наложить запрещение на любое распоряжение, решение или приговор другого консула и тем самым приостановить все дело либо до тех пор, пока его не рассмотрит народное собрание, либо до тех пор, пока не будут избраны новые консулы, которые при наличии обвинителя начнут судопроизводство сначала. Приговоры, выносимые римскими магистратами, покоились не на твердом законе, а, нередко, на личном произволе; они зависели от борьбы партий, соотношения политических сил и часто от честолюбивых устремлений должностных лиц, домогаю­щихся популярности или мстящих своим политическим врагам (См. Т, Моммзен, История Рима, т. 1, стр. 267).